— Нашла себе кого? — цедит он не повышая тона, и прячется от отца за чашкой с крепким напитком.
— Ага. Работу, — чеканю серьёзно. — Папочка же взял меня на слабо по поводу заработка, — ухожу в лёгкий шёпот. — Хочешь — приходи. Только возьми с собой побольше налички. Я не против хороших чаевых. Только ты как, под маской-то узнаёшь родную кровь? Поймёшь без подсказок, кому совать деньги в трусы или протестировать перед тобой программу в спортзале?
Строю из себя обиженку, выслушивая в ответ тихий, но трёхэтажный мат.
Именно с таким выражением лица меня и настегает отец. Присматривается ко мне:
— Катерина, если я только...
— Не утруждайся, папочка, — горделиво встаю с места, не удостаивая взглядом ни одного из особей мужского пола.
Иду в свою спальню и падаю на постель. Чтобы отправить сообщение Капе и сразу стереть его с экрана, при появлении отчёта о прочтении:
— Заступаю на смену в полночь. Хочешь посмотреть шоу — запасись большим объёмом мелкой налички.
Улыбка играет на губах. Лешка не присылает ответ, но я знаю — он будет. В первых рядах. С бокалом или без, но обязательно ожидать мой выход и сопровождать взглядом всё шоу. Следить. Неустанно. Возможно и за кулисами.
Ведь первый раз я вновь собираюсь танцевать лишь для него.
Спрятаться под маской. Нацепить на голое тело самый провокационный костюм, что мерила в жизни… А после…
Забираюсь под одеяло в одежде, решая отыгрывать свою обиду и злость до конца. А по-хорошему: просто выспаться перед сменой.
Ночь отнимет достаточно сил. Кофе продержит полчаса-час. Адреналин — спорная штука, что также накрывает волнами. Работоспособность резко возрастает, а потом с грохотом падает.
А зевать на шесте — это что-то из ряда вон выходящее!
Конечно, если это не прямой намёк к действию и не призыв публики покупать доп. услуги. В этом случае необходимо уж зевнуть, не только показав все зубы мудрости, но и просвет в стальную глотку!
— Я свалил по делам, — рапортует у уха Стас через какое-то время. Киваю, даже не открывая глаз. — Отец уехал. Я буду через пару часов. Поговорим.
«Было бы о чём» — так и хочется послать в связке со средним пальцем в ответ. Но, молчание — золото.
Закрываю плотнее глаза и просыпаюсь уже от его очередного присутствия в комнате.
— Пошли есть, — заявляет брат, — Там и расскажешь. На сухую мозг отказывается ввязываться во всё, что с тобой происходит!
— Так, ты и не ввязывайся, Стас. Живи привычной жизнью, в своё удовольствие. Ты же Бероев! — ухмылка сползает с губ так и не закрепившись.
— А потом в психушке тебя навещать, Кать? Пошли, будешь рассказывать, что задумала.
Полоса белая, полоса чёрная. Порой умение правдиво лгать как раз и спасает нас от того, чтобы свернуть не туда и не оказаться в той самой заднице.
Виктор Бероев отточил на мне искусство безукоризненной лжи раньше, чем Стас решил поинтересоваться: а что к чему?
На папочке мои ухищрения не так ловко работают. Учитель способен прочитать своего ученика. А вот Стас... Как мало надо знать тому, кто особо и не собирается вдаваться в детали! Брезгует? Или считает их не столь важными?
В любом случае — на ближайшие дни этот разговор усыпил его бдительность. Очередной мужчина под этой крышей получил от меня обещание, что я обязуюсь вести себя тихо и смирно.
И только Капа усмехнулся бы над их заблуждением, если бы то услышал. Потому что, только ему я обещала жить полной жизнью и получать от неё удовольствие.
Когда, если не сейчас?
Кто знает, как много каждому из нас осталось?
Упрямая
Жизнь ваша — пар, являющийся на малое время, а потом исчезающий© сп4:14
-Катерина-
«Don't touch/не прикасайся» — гласит объёмная надпись, что загорается ярким неоном на верхней ступеньке подиума элитного клуба, когда девушка поднимается на приступок.
Здесь нет лишних людей. Фейсконтроль впускает лишь тех, кто готов оплатить счёт не менее тысячи.
«Смотреть можно — трогать нельзя».
И только имея в руках купюры, что призывно выгнуты вверх или скручены в трубочку, у гостей клуба появляется возможность подозвать к себе нужную девочку и «заказать» персональное, короткое, секундное шоу.
Момент, в который она изголится, чтобы забрать деньги или позволит приторкнуть шершавую наличку куда-то под остатки скудной одежды на своём теле.