Жмурюсь и обнимаю широкую шею крепко-крепко. Впечатываюсь грудью, противореча всему враждебному миру:
— Я никогда не стану шлюхой, Капулов. Я была и буду всегда только твоя.
Он плавно целует меня в висок, удерживая освободившейся рукой под затылок. Глубоко тянет носом запах моих волос. Не обещает лишнего, потому что не приучен бросать слов на ветер. Но всё запоминает. Каждое из озвученного. Знаю. Придёт время — обдумает.
Лучшая
Я могу сделать всё это через того, кто даёт мне силу©сп4:13
-Катерина-
Даже по лезвию ножа можно пройти так, чтобы не пораниться и не оступиться. Пуанты, балет — на деле, это про силу духа, а не про видимую нежность и робость.
Балансировать на грани — ежедневная работа и условие успешного выполнения любых задач. Однако, после «столкновения» с Лёшкой я впервые ощутила всю мощь собственной слабости — десяток минут мнимого самоконтроля и небывалое ощущение хаоса. Внутренний мир не просто начал трещать по швам. Он разошелся на огромные щели, каньоны, овраги. Там, где прежде было более менее тихо и зелено — мгновенно выжгло всё бесконтрольное пламя.
Кожа к коже, скользя по слою испарины. И представить не могла, насколько это возбуждает и обостряет рецепторы. Слух и тот становится чётче. Различаются новые тональности знакомого голоса, такт дыхания. Мозг, не успевает записывать ощущения, путается в командах той или иной части тела. Все системы сигнализируют о нескончаемых сбоях. Голос сипит, пальцы дрожат. Волны внутри, подобно нескончаемой работе электрошока — накатывают, иссушая жаром нутро и резко выстужают холодом влагу на коже.
Поцелуи пьянят. Губы двигаются хаотично. Лишь бы что-то захватить. Лишь бы где-то оставить свой след, вкус, запах. На слова не хватает сил. И поэтому, каждое из них, обретает неимоверную значимость. О пустом в такой момент не болтают. Не растрачивают силы на глупости. Говорят о сокровенном и важном. Признаются в собственной слабости.
— Люблю, — вывожу на разрыв сознания, личности, плоти. Кусаю до крови губы, ощущая, насколько и он меня мощно и сильно.
Жар, боль, солоноватый привкус железа, сбитый фокус, рябь перед глазами, кровь — сотни ассоциаций, поменявших значение. Объединенных отныне одним и единственным центром притяжения: Капа. Без права стереть чем-то эти воспоминания или переписать под другим именем.
Толчки. Внеземные импульсы. Не столько ощущение боли, сколько осознание и моральное удовольствие от свершения. Мой. Единоличный. Выбор. Вопреки всему, что могло быть навязано. Момент, который уже никто не сможет отнять, перечеркнуть или испортить. Бессчётное количество поцелуев, прикосновений, объятий — база моей новой крепости и силы воли. И ни одно слово отца, ни один приказ или насмешка — не способны разрушить или отнять то, что сейчас дарит мне Лёшка.
Белая простыня. Флаг, который на наутро гордо выкину перед отцом. Его капитуляция. Моя победа. И плевать на то, какой речью он встретит подобный выпад. Против этого шага ему мне уже ничем не ответить.
Ощущения. Позволяю себе закатить глаза и отдаться им вдоволь. Без возможности анализа, сопротивления. Чисто на инстинктах и желании принадлежать лишь ему одному. Сейчас. Выбивая лишний мусор из головы толчок за толчком. Бездумно впивая ногти в стальные плечи.
Топлю в поцелуях стоны и звуки. Сжимаю зубы и мышцы, ощущая всю мощь и давление, габариты, если так позволительно высказаться.
Усмехаюсь, сквозь слёзы от переполняющих эмоций:
— Капа... Я тебя до конца...
— Мало, — выдыхает он чётко. — Придётся его отсрочить.
— Нокаутируй, — смеюсь и целую. А крепкие руки бережно держат меня в своём коконе и вдавливают в тело, соединяя орбиты.
***
Десять минут. Больше. После...
Обессиленно лежу на плече Капулова, прикрывая глаза под медленные, уверенные поглаживания. Кажется, Лёшка ко всему в жизни подходит продуманно, и только я получаюсь спонтанно...
Сверху на мою спину накинута его футболка, а простынь испачкана настолько, что у отца, при одном взгляде на улику, отпадут все сомнения. Главное, чтобы не возникло желание снять ДНК и сверить с теми, кто входит в мой круг общения.
Кто ж мог подумать о том, что Капа не таскает с собой пачку презервативов? Кто-то. Возможно. Точно не я.
Вопрос, насчёт измен невесте, так же толерантно оставим открытым. Нет сил лезть с такими расспросами. После. Возможно. Но не сегодня.