- Хорошо, - согласился Гэндальф, доставая из-за пазухи трубку. – В самый раз поговорить. Кто вы такие, друзья, и почему оказались в башне Сарумана?
- Мы на разведку ходили, - охотно принялся за рассказ Тенька. – Нам Артанис, тьфу, Галадриэль, сказала, что у Сарумана можно узнать про природу вашего местного зла, вот мы сюда и переместились через ее водяное зеркало.
- А разве через водяное зеркало можно перемещаться? – удивился Гэндальф.
- Теперь – можно, - вздохнул Майтимо, поднимаясь с колен и оглядывая разгоревшийся костер. – В этом несчастном измерении тоже загнездился прогресс.
- Что плохого в прогрессе? – обиделся Тенька.
- А что хорошего? По-твоему, двухсотэтажный дом посреди Валинора – это нормально?
- Да ты бы его вообще не заметил, не засади тебя друг Феанаро за чертежи!
Судя по вытянувшемуся лицу Гэндальфа, он попытался представить себе упомянутый дом. Но затем взял себя в руки и вмешался:
- Тише, не нужно спорить. Значит, вы родом из иного измерения и пришли сюда, чтобы узнать о природе зла?
- Не совсем, - поправил Тенька. – Это только Майтимо родом, а я вообще из другого мира.
- Мне следовало догадаться, - улыбнулся Гэндальф.
- И природа зла тут не при чем, - продолжил вед. – Мы Моринготто ищем.
Примерно на середине красочного рассказа вернулся посланный за хворостом Леголас, какой-то непривычно тихий и даже не косящийся на Майтимо с опаской. За время, минувшее с их чудесного спасения, принц не вымолвил ни слова, что было на него совсем не похоже.
- …А из палантира злобный такой хрип, - живописал Тенька, - Мол, и владыка его притесняет, и кольцо никак не отыщется, и вообще жизнь ужасна.
- Еще шла речь о войске, которое вот-вот выступит на некие земли Рохана, - добавил Майтимо, которого больше волновали стратегические сведения, а не чьи-то там душевные терзания.
- Для Саурона настали не лучшие времена, - Гэндальф поднес к трубке конец возвращенного ему посоха, на котором загорелся маленький огонек, и умолк ненадолго, прикуривая. Майтимо, видевший такую диковину впервые, и Тенька, тоже не избалованный подобными зрелищами, глядели во все глаза. – Однако насчет кольца он был не совсем искренен: назгулы, Черные Всадники, уже взяли след, и лучше бы мне сейчас быть не здесь, как ни приятно мне ваше общество, а на другом конце Средиземья, чтобы встретить нынешнего владельца кольца и помочь ему добраться до Ривенделла.
- Кольцом кто-то владеет? – переспросил Майтимо. – Но это ведь невозможно.
- Разумеется, он не осознает полной силы попавшего к нему предмета. Долгая это была история, и некогда прятаться за прошлым, если в опасности будущее.
- Не хочешь рассказывать – не надо, - махнул рукой Тенька. – А вот Моринготто ты чуял?
- Да, от меня не укрылось изменение в природе тьмы, - старик выпустил изо рта крупное колечко дыма. – Но до встречи с вами я не мог понять, что это такое. Саурон, многократно ослабевший, лишенный своего кольца, был силен. Но тот, кто пришел в Средиземье нынче – в десятки раз сильнее. Как же ты собираешься его одолеть?
- Растворителем, - свободной от прутиков рукой Тенька достал из мешка заветную бутыль и красочно тряхнул. Со дна поднялись зеленоватые пузыри, окруженные розовой взвесью, которая темнела и пропадала, не достигнув горлышка. Зрелище было даже красивое, но Майтимо постоянно казалось, что сейчас грянет взрыв.
- Васильками пахнет, - отметил Гэндальф, принюхиваясь.
- Я туда техническую отдушку добавил, - Тенька привычно свинтил зубами пробку, и запах васильков стал сильнее. – Три года у меня в сарае простаивала, а до того – тридцать лет у тестя, он ее в молодости по дешевке взял на распродаже, а потом увидел, что просроченная, но выбрасывать жаль. Вещь-то нужная, вот и мне пригодилась. Выяснилась интересненькая вещь: бензолы нейтрализуют токсин лежалости и получается…
- Осторожнее! – воскликнул Майтимо, потому что бутыль в руках колдуна опасно накренилась, того и гляди прольется на колени.
- Что? – не понял Тенька. – А, да не волнуйся. Абсолютно для всех существ, кроме Моринготто, растворитель безопасен. Его даже пить можно, только вкус мерзкий.
- Не надо пить! Постой… если ты с такой уверенностью говоришь про вкус, это значит, ты уже пил свою балрогову жижу?
- Я ж профессионал! – подбоченился Тенька. – Конечно, пил!
Гэндальф лишь незаметно усмехнулся в густую белую бороду и выпустил из ноздрей очередную порцию табачного дыма. Майтимо принюхался и, с трудом подавив кашель, пересел подальше.
- Рохан нельзя оставлять в беде, - сказал между тем старик. - Тем более, он рядом, в паре дней пути отсюда.