- Ну а мы-то здесь каким боком?!
- Спасите детей!
- Каких детей? - рискнул уточнить Финдекано.
- Наших!
- Ваших с Морин... с Тано?!
- Детей Эллери Ахэ!
- Чего?
- Он же полчаса об этом рассказывал! - укоризненно воскликнул Финдарато. - Это наши сородичи, которые почитают Моринго... тьфу, Тано!
- Так давайте их сюда, - пожал плечами Майтимо. - Наших валар хлебом не корми - дай принять кого-нибудь под крылышко, холить и лелеять, невзирая на вероисповедание.
- Я не могу! - трагически произнес Ортхэннэр. - Не в моих силах преодолевать границы измерений с кем-либо, а Тано сейчас не может уйти даже на мгновение. Он там один, совсем один. Как вершина, которую сносит бурей, и его драгоценные крылья ломает ветер войны...
- Это мою вершину сейчас снесет, - мрачно пожаловался Финдекано.
Майтимо был с ним согласен.
- Но мы тоже не умеем перемещаться между измерениями.
- К вам часто приходит Фаллерэ-Мэато-Тахо, Смотрящий-Через-Радугу-На-Чужой-Закат. Он иной, не принадлежащий миру гроз и тепла, он сможет помочь, унесет детей в рукаве, и в их сердцах еще пробьет час цветения ирисов, полынное утро маргариток.
Кузены переглянулись. На сей раз даже Финдарато понял только про маргаритки.
- А... как он выглядит? - поинтересовался Майтимо.
- Разве у вас, называющих здесь себя квенди, такая недолговечная память? - удивился Ортхэннэр. - Ведь с ним ты был у нас в гостях.
- Тенька?! Фале-Махо-как-его-там-смотрящий?!!
Фаэрни горестно кивнул и единым залпом выпил присоленный слезами кофе.
Три дня, два часа, одна секунда спустя.
- Полынь - это серьезно! - сказал Тенька. - Надо выручать! Кто со мной?
Вместо ответа Майтимо тяжело вздохнул, мысленно браня семейное проклятие, и полез под кровать за сундуком с амуницией.
- Я тоже с вами! - заявил Финдарато, который последние дни почти не отходил от гостя и самоотверженно страдал вместе с ним.
- А я останусь, - неожиданно произнес Финдекано.
Майтимо, услышав такое, чуть не ударился затылком о дно кровати.
- Эру свидетель, тебя точно подменили во младенчестве! Финьо, что с тобой?!
- Кому-то знающему нужно будет взять на себя хлопоты о спасенных детях - найти им кров, пищу и присмотр, - спокойно пояснил бывший король нолдор. - Глупо получится, если мы все уйдем, никому не объяснив, кто прибыл сюда и зачем. Потом я, конечно, надеюсь к вам присоединиться.
Присутствующие (даже Ортхэннэр) уважительно переглянулись.
- Твой лик озарен печатью прожитых лет, но золотое пламя в сердце лишь острее жалит неосторожные мысли, - сообщил фаэрни.
Финдекано сделал вид, что все понял и польщен.
- А действительно, много у вас детей? - поинтересовался Майтимо, шнуруя поножи.
Ортхэннэр навскидку перечислил несколько десятков имен.
- Где бы их разместить? - задумался Финдекано. - Не раздавать же по домам, как выводок котят.
Теньке мигом представилось, как бывший король нолдор ходит по городу в окружении толпы детей, стучится в двери и заискивающе спрашивает: "А не нужны ли вам маленькие Эллери Ахэ? Добрые, пушистые, приучены варить варенье, забирайте сразу по две штуки..."
- Может, в дедушкином дворце? - предложил Финдарато. - Там сейчас только отец живет. И если ему все рассказать...
- То мой отец устроит новый скандал, - перебил Майтимо. - Он ненавидит, когда мимо него проходит общественная жизнь.
- Тогда давайте поселим детей в его небоскреб, - пожал плечами Финдекано. - Сто этажей, полсотни комнат на каждом, и никто там не живет.
- Потому что небоскреб не достроен! - пояснил Майтимо. - Там еще сто этажей будет по проекту, и это если отцу не вздумается возводить многоуровневый чердак.
- И что, там совсем жить нельзя?
- Можно. Только электричество не проведено, мебели нет и подъемник не работает. Вернее, работает, но внешний, ручной, для стойматериалов.
- Значит, - подытожил Финдекано, - решено. Постелим на первом этаже ковры, перетащим часть мебели из дедушкиного дворца, а на улице организуем кухню. Осталось оповестить дядю Феанаро. Желательно, чтобы после этого все остались живы.
- Скажи ему, что хочешь провести испытания небоскреба, - посоветовал Тенька. - Он будет счастлив.
- Надо не только дяде сказать, - призадумался Финдарато. - Еще и моему отцу. Он, конечно, скандала не устроит, но без его ведома выносить мебель из его же дома неприлично. Да и валар надо все объяснить.
- Вот уж без кого мы точно обойдемся! - Майтимо тряхнул головой, отбрасывая волосы назад, и крепко стянул их ремешком.
Словно в возражение его словам посреди комнаты разлилось голубое сияние, вскоре соткавшееся в стройную фигуру Эонвэ - традиционно чем-то недовольного.