- Ты что несешь? – осведомился Майтимо, останавливаясь на пороге.
- Сказочку рассказываю, - шепотом поведал Тенька. – Ты ж сам просил!
- Это – сказочка?!
- Ну да. Сказка про транзистентные потоки мелохоцендральных фетражей. Это тема моей диссертации. Моим бандитам очень нравится!
- Не сомневаюсь, - проворчал Майтимо. – Но наших-то принцев зачем мучить?!
- А разве я мучаю? Им тоже понравилось. Вон, как сопят!
Майтимо лишь молча тряхнул головой, круто развернулся на каблуках и направился к Глорфинделу.
- Как вы, лорд Нельяфинвэ? – подозрительно задушевно спросил тот.
Майтимо подсел к столу, пододвинул себе чашку и заглянул в ополовиненный кофейный котелок.
- Ты что, тоже пил?
Легендарный герой пожал плечами и взъерошил свои и без того стоящие дыбом волосы.
- Я подумал, хуже не будет. Все равно не сплю.
- И то верно, - согласился Майтимо, наливая.
…После второго котелка они сели перебирать грибы, и долго спорили, сушить мухоморы по примеру Трандуила или выбрасывать. В конце концов, вспомнили, что они настоящие нолдор (ваниарская родня не в счет), и торжественно выкинули спорные мухоморы в окошко. Потом еще дольше обсуждали, которая из двух перебранных кучек – сыроежки, а которая – поганки, тоже приговоренные к выбрасыванию. Глорфиндел доказывал, что сыроежки в правой кучке, а Майтимо утверждал, что тот ничего не понимает в грибах, ведь любому олуху ясно, что сыроежки – это те грибы, из которых варят суп. И совершенно не важно, в какой они при этом кучке. Напрочь разругавшись, но так и не придя к единому мнению, они порознь выпили третий котелок кофе, а потом помирились и сели считать звезды. Майтимо нашел созвездия Соронумэ и Вильварин, а Глорфиндел показал ему звезду Эарендиля. Потом сообща они насчитали три Большие Медведицы и пять Малых.
И все было прекрасно, и беззаботно пело сердце, пока не пришел Тенька и не заявил, что они перепились и маются дурью, потому что звезд на потолке не бывает.
Восемь часов спустя
В это утро Майтимо традиционно не выспался. И столь же традиционно – не по своей вине.
- Я не для того покинул наводненный родичами Валинор, чтобы здесь, в Моргот знает каком измерении, по мне ползали малолетние правнуки Тингола!
Упомянутые ничуть не устыдились и продолжили ползать, несмотря на то, что жертва безуспешно пыталась отгородиться от них подушкой. Непоседа Элуред взгромоздился Майтимо на живот, воображая себя всадником на лошадке, а более тихий и усидчивый Элурин устроился сбоку, повытягивал из-под подушки часть рыжих волос и теперь плел нечто среднее между косичкой, особо затейливым колтуном и вязаным ковриком.
- По правде говоря, уже перевалило за полдень и вам действительно пора вставать, - отметил Глорфиндел. Его никто не будил, потому что легендарный герой до сих пор не ложился, проведя очередную ночь без сна. Он уже успел два раза позавтракать и в целях маскировки перебинтовать голову, надежно примотав уже порядком запылившуюся косу.
Майтимо спрятался глубже под подушку, выдирая из пальчиков Элурина остатки своих волос, в отличие от Глорфинделовой косы - не отрезанных и причиняющих боль, когда за них дергают.
- Почему я? – горестно донеслось из укрытия. – Почему никто никогда не приставал к Макалаурэ или Тьелкормо? Почему, когда мы приезжали погостить в дедушкин дворец, ко мне тут же начинали липнуть мелкие кузены всех мастей?! Почему дядя Нолофинвэ спал по утрам спокойно, в то время как меня дергали его сыновья? Почему дядю Арафинвэ все считают степенным, взрослым и занятым, хотя мы с ним ровесники?! Почему даже великовозрастный Эллерондо смотрит на меня так, что, кажется, вот-вот начнет виснуть! И, наконец, почему даже среди развалин синдарского королевства я ухитрился подцепить на свою голову этих двоих?! Слышите, вы, правнуки Тингола! Я, между прочим, страшный злой нолдо, вдобавок не выспавшийся, и я сию минуту обменяю вас у первого встречного на клятый сильмарилл, чтоб его блохастые варги драли! А то и вовсе задаром отдам!!!
Близнецы внимательно выслушали эту гневную отповедь, переглянулись. А потом Элуред широко улыбнулся и заключил:
- Не страшно!
А Элурин для пущей убедительности залез под подушку и дернул Майтимо за нос.
- А так – страшно? – прорычал бывший лорд Химринга, рывком поднимаясь, хватая близнецов в охапку и принимаясь заматывать в одеяло.
- Очень! – радостно заорали мальчишки и попытались замотать самого Майтимо.
Глорфиндел наблюдал за ними с той снисходительностью, которая свойственна всем древним и мудрым существам по отношению к безнадежно юным и беспечным.