Разговор на скале шел своим чередом, негромко и обстоятельно. Майтимо еще раз окинул взглядом прикованную фигурку и неожиданно ностальгически вздохнул.
- А знаешь, Тенька, я даже в чем-то ему завидую…
- В том, что ему еще только предстоит спастись, построить крепость, избавиться от Клятвы, пережить много побед, снова увидеть отца и мать, отдохнуть в Валиноре, и, наконец, вернуться туда, где больше всего счастливо сердце? – предположил Тенька, глядя другу в глаза.
- Возможно… - Майтимо отвел взгляд. – Но главное, он пока пребывает в счастливом неведении насчет твоей морготовой науки!
Три недели спустя
По случаю избавления от розового ящика Майтимо устроил в Химринге большой праздник. Правда, сначала ему пришлось вместе с Тенькой тащиться в иной мир, а потом гостить пару дней у волшебницы Стеллы, но это было сущей мелочью и совсем необременительно.
На праздник лорд Химринга позвал всех своих друзей и родичей. А те позвали своих друзей и родичей, у которых тоже оказались родичи с друзьями. Кто натаскал народу из иных миров и измерений, Майтимо затруднялся сказать наверняка (хотя и подозревал), но когда он наткнулся сразу на пять кузин Артанис и одну Малыху, то перестал считать гостей и степень их родства со знакомством. Главное, запасов кофе и варенья точно хватит на всех, включая темное воинство, скромно притулившееся во внутреннем дворе.
Феанаро забежал на праздник совсем ненадолго, похвалил грамотную организацию крепостных сооружений, дежурно пересчитал сыновей и двойников сыновей, а потом исчез в водяном зеркале, готовиться и отсыпаться к утренней лекции в Институте.
Появился Тенька и по большому секрету рассказал всем, что видел свою обду Климэн, которая беседовала о судьбах государства с обдой Ритьяром Танавой. Но при этом правители так шифровались ото всех, особенно от высших сил, не одобряющих подобные пересечения времен, что даже траве, примятой их подошвами, пришлось поднапрячься и ради конспирации сохранить первоначальный вид.
Потом появился второй Тенька, ничем не отличимый от первого, и по еще большему секрету признался, что отрабатывал навыки самокопирования, и там так интересненько получилось, что часть копий удрала, и теперь пытается сойти за оригинал. При этом Тенька нервно оглядывался вокруг и просил не выдавать его местонахождение, если он сам придет себя искать. На следующее утро Трандуил уверял, будто пил кофе сразу с двумя дюжинами Тенек, но королю Лихолесья никто не поверил, ибо все были осведомлены о количестве выпитого им кофе.
Ровно в полночь над Химрингом с грохотом взорвалось около сотни сияющих огней, и Майтимо поклялся, что если его крепость после такого не уцелеет, он отыщет всех имеющихся в округе Тенек и все-таки надерет им уши, несмотря на возраст, статус и регалии.
Потом были разноцветные фонарики на деревьях и всеобщие гуляния до рассвета.
Забредя в какие-то кусты, Майтимо наткнулся на престранную компанию. Сиятельный Эонвэ с Ортхэннэром обстоятельно дегустировали какой-то крепкий напиток из пузатого бочонка, а леди Нерданель, расположившись между ними, делала полевые зарисовки углем с натуры.
Заодно все трое перемывали косточки какому-то общему знакомому.
- Он так и норовит отбиться от рук, - жаловался Эонвэ.
- Но ты не станешь отрицать, какой он добрый и отзывчивый мальчик, - мечтательно отвечал Ортхэннэр.
«Да, доброты Теньке и правда не занимать», - мысленно согласился Майтимо и задержался послушать.
- …Влипает в какие-то истории, - выплескивал Эонвэ накипевшее. – Глаз да глаз за ним и его компанией!
Ортхэннэр был настроен романтически.
- Ах, какие его годы! Он тысячу раз успеет остепениться, и ты со светлой печалью вспомнишь время, когда не мог за ним уследить. Молодые побеги дикого винограда столь гибки и сильны, что в пору созревания плодов умеют удержать самые тяжелые грозди!
Майтимо не мог представить остепенившегося Теньку, но разочаровывать Ортхэннэра не хотелось.
- Остепенится, как же, - проворчал Эонвэ, тоже лишенный иллюзий. – Вечный ребенок, на уме одни приключения. Когда появятся правнуки, будет играться с ними наравне. Такого даже гобелены не исправят!
- Да, - с гордостью кивнула леди Нерданель, отрываясь от рисования. – Вылитый его дедушка Махтан, только без бороды и стамески!..
Больше Майтимо не слушал, и, поспешно выбираясь из тех кустов, зарекся подслушивать впредь.
Ближе к утру, когда настало время тихих разговоров, лорд Химринга с чашкой кофе оказался у окна одной из верхних башенок крепости. Там уже сидел Тенька, вполне настоящий на вид, и с умиротворением потягивал прямо из котелка свой знаменитый ромашковый чай.