- Я?!!
- Ага. Всхлипываешь и сквозь слезы говоришь, что папа тебя никогда не ценил. Мол, ты только пить и петь способен. И ничего путного руками не сделал. Ты принялся мне доказывать, что на самом деле все умеешь, просто не любишь сидеть в кузне с рассвета до вечерней зари. Я попытался тебя утешить, но, видимо, ляпнул лишнее, потому что ты потащил меня в кузню, разжег огонь в печи и принялся ковать.
- Во имя всех Валар, ЧТО?! Я же почти ничего не смыслю в кузнечном ремесле!
- Ну, не знаю, вчера у тебя выходило так ловко, словно всю жизнь только этим и занимался. Получилась вполне сносная медная лютня. Красивая, но абсолютно бесполезная. Затем ты лег на наковальню и заснул. Я ждал-ждал, потом пошел за водой. Возвращаюсь, а ты и сам уже проснулся. На счастье, прежний. Во всяком случае, уже не скачешь на одной ноге по ступенькам, не поешь на тучу, пытаясь превратить дождь в радужный фейерверк, и не сочиняешь похабные стихи про Йаванну и топор.
Макалаурэ почувствовал, как у него горят уши.
- Ты говорил, я какую-то крепостную стену развалил... А мне ничего за это не будет?
- То ведь вражеская крепость была! Ты настолько все позабыл?
- Постой, - глухим голосом произнес Макалаурэ. - А откуда в Валиноре вражеские крепости?
Финдарато присвистнул.
- Мы вообще-то не в Валиноре.
- А где?!!
- В Белерианде.
- А как мы сюда попали?!
- Ты хотя бы помнишь, как Древа погасли? - забеспокоился Финдарато.
- Древа тоже я погасил? - убито уточнил Макалаурэ.
- Так, давай с самого начала: как тебя зовут?
- Канафинвэ Феанарион… Нет, это я помню.
- А помнишь, что у тебя шестеро братьев?
- Как, уже шестеро?!! - заорал Макалаурэ в суеверном ужасе. - Только вчера ведь четверо было! Они рождаются быстрее, чем я успеваю о них узнавать.
Финдарато закусил губу. Ему было смешно и страшно одновременно. Перед случившимся отступили даже прежние горести.
В зал вошла Клима.
- Инголдо, Макалаурэ, что здесь происходит? Неужели Саурон сбежал?
Ей по мере сил объяснили. Клима понюхала остатки "чая" и сообщила, что это кофе. Замечательный напиток, но на долгожителей вроде эльфов и сильфов действует странно.
- Как же теперь вернуть потерянную память? - спросил Финдарато.
Клима задумчиво покосилась на жертву чудо-напитка.
- Пусть проспится. И лицо чем-нибудь обработает, а то его словно зажженной свечой лупили.
- А если не поможет? - печально уточнил Макалаурэ.
- Ну, какая-нибудь мазь от ожогов в любом случае должна изменить дело к лучшему, - философски отметила Клима. - Ты попробуй. Там видно будет.
К счастью, обды никогда не ошибаются в предположениях. И уже вечером Макалаурэ вспомнил, где находится, как сюда попал, что творил в кузне и сколько у него братьев.
Финдарато "кофейное приключение" тоже пошло на пользу. Главным образом это выразилось в том, что он перестал часами подбирать на арфе скорбные мотивы. Хотя причина могла крыться просто в негодности инструмента из-за порванных струн.
Среди ночи в крепость внезапно прибыло всеми ожидаемое войско синдар. Кругом стало шумно и суетно, а у некоторых совершенно не осталось времени грустить. Требовалось разместить всех на ночлег, ввести командиров в курс дела, а самых дотошных и любопытных сводить поглазеть на Саурона, который после общения с разгневанным менестрелем сильно присмирел и держал глаза долу.
Через какое-то время Макалаурэ обратил внимание, что синдар косятся на него как-то странно, со смесью сочувствия и восхищения. Он никак не мог понять причин таких взглядов, пока не додумался спросить Климу.
- У тебя все лицо в красных пятнах, - напомнила обда.
До Макалаурэ дошло, что в суматохе он позабыл спрятать следы заживающих ожогов наговором, как раньше Майтимо прятал веснушки.
- Но почему они... восхищаются?
- Понимаешь, - участливо объяснила Клима, - несколько эльфов, видимо, знавших тебя лично, тактично спросили у меня, что с тобой случилось.
- Так, ясно. Что ты им наплела?
- Только правду. К чему мне врать нашим союзникам?
Макалаурэ нутром чуял какой-то подвох.
- Ты ведь недоговариваешь. Слово в слово: что ты им сказала?
Клима начала издалека.
- Рассказать о событиях можно по-разному. Например: стукнутый об тучу менестрель напился отвара иномирских трав и полночи проспал на наковальне под зажженной свечкой. А можно иначе: лорд Маглор отважился принять вызов Саурона и выиграл у него песенный поединок. И то, и другое - правда. Но первое - прямой ответ на заданный вопрос, а второе - высказанные вслух мысли, которые по чистой случайности были за этот ответ приняты.
- То есть, абсолютно случайно? - хмыкнул Макалаурэ.