- Не имеешь! - возразил Финдекано. - У тебя кольцо, тебе опасно приближаться к Железным горам!
- Подумаешь! - Майтимо тут же снял Нарью с пальца и передал Куруфинвэ. - Держи его и береги. Выше нос, ты теперь важный, ты ж теперь с кольцом! Тенька, когда летим?
...Они вернулись глубокой ночью, притихшие и подавленные. Их ждали - никто из совета не спал.
- Вы нашли его? - первым делом спросил Куруфинвэ, возвращая брату кольцо.
Тенька кивнул. А Майтимо процедил сквозь зубы, что лично убьет Саурона голыми руками.
- Что вы видели? - прошептала Артанис.
Майтимо покосился на Куруфинвэ и промолчал.
- Тьелпе жив, - коротко ответил Тенька.
Больше от них ничего не добились.
После совета колдун с эльфом, Клима и неразлучный с ней в последнее время Эонвэ закрылись в комнате Майтимо и долго беседовали. А утром обда надела вместо обычного платья выгоревшие горчично-желтые штаны, куртку на диковинной металлической застежке, маскировочный эльфийский плащ; сложила в сумку целебные снадобья вперемешку с гранатами и сообщила, что отправляется в Железные горы. На неделю раньше срока.
- Если что - зови, - сказал Эонвэ на прощание. - Тебя - всегда услышу.
- Возьмите меня с собой, - попросил Куруфинвэ, отводя глаза.
- Не могу, доска двухместная, - отказала Клима.
- Так почему не можете, если на двоих?
- Для меня и Тьелпе.
- Я не верю, что вы его привезете.
- Мне нет дела до вашей веры, - отмахнулась Клима. - Пусть об этом Эонвэ печалится.
Неслышно подошла Артанис, протягивая обде небольшую бутыль.
- Это вода. Я ее заговорила. Ко всякому, кто выпьет, вернутся силы. Возьми, у меня предчувствие, что она тебе понадобится.
- У меня тоже, - Клима сунула бутыль в сумку.
- Клима, - было видно, что Тенька говорит это уже не в первый раз. - Помни про колечко! Такое золотое, блестящее. Очень надо!
- Ты хочешь, чтобы она выкрала Единое кольцо? - разинул рот Финдарато.
- Заодно, только если случай представится... Клима, больше трех гранат в помещении не кидай, проверено: рушатся даже эльфийские постройки.
- Так вот отчего северная башня обвалилась! - воскликнул Майтимо, прозревая. - А кто мне битый час врал, будто все в нашем мире - козни Врага?!
- Согласись, не будь Врага, и гранаты бы не понадобились, - невинно заметил Тенька.
Три с половиной часа спустя, Железные горы, бывшая крепость Тьелперинквара.
Клима никогда не была хорошей летчицей - ни в юности, будучи воспитанницей летного отделения при орденском Институте, ни сейчас. В воздухе напрочь отказывала вся ее хваленая интуиция. Оно и понятно, Небеса - сильфийское божество, обду не любят. Клима не чувствовала ветер, однако вполне могла без приключений и фигур высшего пилотажа долететь, куда требуется. Особенно, если доску зачаровывали не сильфы, а лично Тенька.
Крепость напомнила Климе алмазную друзу, покрытую черной плесенью. Изначально это был высокий сверкающий замок, светящийся посреди мрачных скал, как второе солнце. Сейчас стены обросли какой-то темной паутиной, витражи покрылись грязью, а в изящных бойницах виднелись уродливые орочьи морды.
- Свинарник какой, - процедила Клима себе под нос, взмывая выше и беспрепятственно залетая в окно четвертого этажа.
Это был коридор со следами былой роскоши, темный и унылый. Клима слезла с доски и, осторожно ступая по заплеванному и залитому старой кровью полу, направилась в сторону, куда вели ее чутье и Тенькины сведения. Клима не боялась. Но и смелости не чувствовала. Так, легкое отвращение.
Что-то гудело в стенах, где-то капала вода, снаружи сквозь разбитые зачерненные окна долетал запах горелого мяса. Раз или два Клима за плащом и доской скрывалась от орочьих патрулей. Наконец она вышла в большой, когда-то уютный зал. На каменных стенах висели останки полусожженных гобеленов, в центре стоял длинный стол, сервированный к обеду. Высокие окна были целыми, плотно закрытыми. У противоположной стены располагался огромный камин из золотистого мрамора со вставками красного гранита и затейливой резьбой. В камине жарко горел огонь, а у самой решетки неподвижно лежала лицом вниз тонкая фигурка. Черные волосы, окровавленные лохмотья вместо одежды, грязные босые ноги. Клима сразу поняла, что зашла правильно.
Она проследовала к камину, опустилась на колени перед Тьелпе и перевернула его на спину. Он был без сознания - из носа, рта и даже глаз по заострившемуся лицу в разных направлениях тянулись длинные следы запекшейся крови - одни совсем старые, другие посвежей. Клима мимоходом удостоверилась, что руки и ноги у Тьелпе целы, очень смертельных ран нет, а жилка на шее слабо, но бьется.
- Тьелперинквар! - она хлестнула его по щеке. - Придите в себя!