- Мы вообще туда попали? – уточнил Тенька, с любопытством озираясь по сторонам.
После мхов и туманов Принамкского края засушливый северный пейзаж с прозрачным воздухом казался сереньким и неказистым. Над головами тихо шумела осиновая рощица, кое-где среди кочек виднелись кусты можжевельника.
- Туда, – тяжело вздохнул Майтимо. – Я эти места до конца мироздания не забуду.
Он уверенно направился к опушке, раздвинул заросли молодого осинника и замер, во все глаза уставившись вперед.
Тенька подлез ему под локоть.
- Чего там?
- Тихо! – одними губами велел Майтимо. – Смотри.
Недалеко от края рощи, на следах недавнего побоища, раскинулся вражеский лагерь. Трепетали по ветру черные флаги, семеро воинов в боевом доспехе молча сидели вокруг небольшого костра. Они отдыхали. А чуть поодаль лежал связанный пленник, бессильно глядя в небо. Всклокоченные рыжие волосы падали на грязное лицо.
- Это ты? – шепотом уточнил Тенька.
Майтимо кивнул.
- А чего не на скале?
- А тебе не терпится? – съязвил лорд Химринга, не удержавшись. – Еще не время. Меня только схватили. Хотя, странно…
- Чего странно?
- Я помню, было иначе. Воинов больше, не эти, а орки. И не валялся я вот так, в задумчивой печали.
- Может, другое измерение? – тут же предположил мальчишка.
Майтимо пожал плечами.
- В любом случае, я не хочу тянуть до скалы и предлагаю спасать меня прямо сейчас.
- Ага, сейчас это попроще сделать, – согласился Тенька. – Надо только врагов отвлечь.
- Не думал, что скажу это, но жаль, под рукой нет какой-нибудь штуки вроде противомайаровой гранаты!
- А как она работала?
- Твоим любимым образом: взрывала все вокруг. Бросить бы такую им в костер…
- Ну, взорвать костер я просто так могу! – успокоил Тенька и сосредоточенно прищурился.
Для начала костер стал синего цвета. Потом зеленого. Потом распустил сноп желтых трескучих искр. Враги завороженно уставились на такое диво, и даже пленник позабыл о созерцании небосвода.
Решив, что для начала внимание отвлечено достаточно, Майтимо неслышно выбрался из зарослей и пополз к двойнику.
Желтые искры налились багрянцем, и костер полыхнул тонкой свечкой едва ли не до небес. Раздался потрясенный вздох, а Тенька понял, что напрочь позабыл, как взрываются костры.
Майтимо уже поравнялся с пленником. Красноречиво приложил палец к губам, разрезал путы и жестом велел следовать за собой.
Когда оба благополучно добрались до зарослей, Тенька импровизировал вовсю. Пламя исполняло какие-то диковинные танцы, переливалось всеми цветами радуги, осыпалось крошками на дрова и восставало вновь в первозданном виде.
- Надо убираться, – сказал Майтимо. Его спасенный двойник пока не издал ни звука.
- Ага, – кивнул увлекшийся колдун. – Сейчас, еще одну штуку попробую…
Костер вспыхнул особенно ярко, а потом надулся пузырем и оглушительно лопнул, облив врагов мелкими языками пламени.
- Молодец, – подытожил Майтимо и схватил мальчишку за шиворот, оттаскивая прочь. – А теперь – бегом!
…Они мчались через всю рощу и дальше, минуя сосняк и бурелом, заметая следы от возможной погони. Наконец, когда непривычный к долгим пробежкам Тенька стал спотыкаться на каждом шагу, Майтимо позволил сделать передышку.
Двойник тяжело привалился к стволу дерева, ладонью утирая с лица грязь и пот.
- Кто вы такие? – спросил он отрывисто и гордо. – Каковы ваши имена, которые я могу произнести?
- А не узнаёшь? – даже оскорбился Майтимо.
- Чего ты на него насел, – влез Тенька. – У тебя все веснушки нараспашку, где тут узнать! И ты вообще думал, насколько изменился с тех пор, как загремел в плен?
- Не до такой степени, чтобы не узнать сам себя!
- Вы не похожи на пособников Врага, – отметил двойник. – Лица тех мертвы и бледны, а помыслы черны, как ночь, обделенная звездами. Огонь, мрак и пепел, принявшие зримый облик. Вы не такие, и я не чую таящейся в вас угрозы. Сейчас, на изломе моей судьбы, оказавшись на краю незримой пропасти, безвозвратной как черная вечность, я благодарен вам за возможность быть спасенным, снова видеть небесную лазурь и жаворонка-лирулин на медовых лучах ароматного утра. Свобода для меня отныне не ворох обезображенных осколков, а истинная суть, в которой я пребываю.
Повисла тишина.
- Во дает! – оценил Тенька и пихнул друга в бок. – Не помнишь, тебя там по голове не били?
Майтимо не менее ошеломленно уставился на двойника.
- Тысяча валараукар… Кажется, я начинаю понимать, в каком мы измерении!..
====== О вражеском лиходействе и превратностях судьбы (часть 5) ======
Под кустом можжевельника состоялся маленький военный совет на троих. Пушистые зеленые ветки печально шумели на ветру. Холодное северное солнце стояло высоко, скрытое плотной облачной дымкой.
- …Сияющие камни были утрачены нами, и серебряный лед рекой времен утек сквозь пальцы. О, ныне забвение кажется мне милосердным даром, ибо хранить память о случившемся есть невыносимое бремя, как мертвый гранит на обнаженно-бьющемся сердце. Медленно угас Свет, и звезды тысячами кровоточащих ран испещрили небо. Угас Свет, и мы преисполнились ужаса, и сплелись наши взоры со взорами боли и дымного чада полыхающих факелов. Кровавый вереск стелется по следам – стекло, печаль и пламень! Мы клялись истребить любого, кто встанет на нашем пути, и время не имеет власти над силой наших слов...
- Умолкни, ради Эру! – взмолился Майтимо. – Я не могу больше это слушать. Тем более, в исполнении моего собственного голоса. Балрог, я вот даже не верю, что у тебя есть веснушки. С подобного лица они бы просто посыпались.
- Вы и часа не знакомы, а ты уже мечтаешь его придушить, – тихонько констатировал колдун.
- Хватит подглядывать мне в глаза! – так же тихонько прошипел Майтимо и постарался собраться с мыслями. – Итак, если я верно понял, наш добрый знакомый Тано превратился в обычного проклятого Моринготто, который обрушил Древа, убил дедушку Финвэ и прихватил с собой отцовские сильмариллы.
- Истинно так, – подтвердил двойник. – Тьма и пепел низверглись в черную пустошь, проклятие нависло над звездами, и пелена судьбы неясна, омраченная кровью…
Майтимо страдальчески поморщился, мысленно благодаря валар, что двойник хотя бы не поминает полынь.
Колдун с хрустом потянулся и задумчиво произнес:
- Тано здорово смог бы нам помочь!
- Чем? Посадить на таз и забросить в нужное измерение?
Но Тенька с частично вернувшейся памятью мыслил шире, чем просто Тенька шестнадцати лет.
- Нет, ты ведь сам говорил, что во всем виноват Враг. Он переплел гобелены. А что если он же переплетет их обратно? Все опять будет идти своим чередом.
- Пожалуй, – согласился Майтимо. – Что сделал один Моринготто, то под силу и второму. Но толку мечтать о несбыточном?
- Почему о несбыточном? – пожал плечами мальчишка. – Давайте пойдем к Тано и обо всем договоримся.
Майтимо с двойником переглянулись, одинаково выражая сомнение в душевном здравии колдуна.
- Тенька! Одумайся! Он уже не тот, кем был прежде, и в его черной крепости тебе дадут не варенья, а каленых зуботычин.
- Я согласен! – присоединился двойник. – Враг коварен и лжив.
- Откуда вы знаете? – ответил Тенька обоим. – Может, Тано опять стал жертвой недоразумения?
- Он стал вором и убийцей! – воскликнул Майтимо. – Вон, свидетель сидит.
«Свидетель» величественно кивнул.
- Ну, ты тоже при раскладе без меня якобы порядочно наворотил, – напомнил Тенька. – И с трудом всем доказывал, что на самом деле ничего не было. А может, Тано тоже все помнит? И страдает?
- Что-что, а в последнем я не сомневаюсь! Страдать он умеет, как никто другой!
- Так давай пойдем и положим конец его страданиям!
- Не худшее из решений, – отметил двойник. – Я желал бы Врагу великих бед!
Майтимо невесело хмыкнул.