Гэндальф сжал в руках посох и посмотрел на небо, словно пытаясь что-то отыскать.
- Сейчас, – пробормотал он. – Около двух минут…
И правда, две минуты спустя в тучах заклекотали, и к верхушке башни спустились четыре огромных орла.
- Раз надо улететь – мы улетим, – подытожил старик.
- Никогда прежде не летал на орле! – восхищенно воскликнул Майтимо.
- Как – никогда?! – удивился Леголас. – А как же легенда про…
- Скорее, – поторопил Гэндальф, хотя тоже покосился на бывшего лорда Химринга очень заинтересованно.
…Когда орки поднялись по лестнице и вылезли на верхушку башни, орлы были уже далеко.
====== Об иных измерениях и славных временах (часть 5) ======
- Хорошо сидим, – безмятежно отметил Тенька, загодя нанизывая на прутики кусочки хлеба, остатки солонины и сомнительного вида грибы, обнаруженные тут же, на поляне, куда принесли путешественников орлы.
Майтимо раздувал костер, и сквозь дым его усыпанное веснушками лицо выглядело каким-то одухотворенным.
- Хорошо, – согласился Гэндальф, доставая из-за пазухи трубку. – В самый раз поговорить. Кто вы такие, друзья, и почему оказались в башне Сарумана?
- Мы на разведку ходили, – охотно принялся за рассказ Тенька. – Нам Артанис, тьфу, Галадриэль, сказала, что у Сарумана можно узнать про природу вашего местного зла, вот мы сюда и переместились через ее водяное зеркало.
- А разве через водяное зеркало можно перемещаться? – удивился Гэндальф.
- Теперь – можно, – вздохнул Майтимо, поднимаясь с колен и оглядывая разгоревшийся костер. – В этом несчастном измерении тоже загнездился прогресс.
- Что плохого в прогрессе? – обиделся Тенька.
- А что хорошего? По-твоему, двухсотэтажный дом посреди Валинора – это нормально?
- Да ты бы его вообще не заметил, не засади тебя друг Феанаро за чертежи!
Судя по вытянувшемуся лицу Гэндальфа, он попытался представить себе упомянутый дом. Но затем взял себя в руки и вмешался:
- Тише, не нужно спорить. Значит, вы родом из иного измерения и пришли сюда, чтобы узнать о природе зла?
- Не совсем, – поправил Тенька. – Это только Майтимо родом, а я вообще из другого мира.
- Мне следовало догадаться, – улыбнулся Гэндальф.
- И природа зла тут не при чем, – продолжил вед. – Мы Моринготто ищем.
Примерно на середине красочного рассказа вернулся посланный за хворостом Леголас, какой-то непривычно тихий и даже не косящийся на Майтимо с опаской. За время, минувшее с их чудесного спасения, принц не вымолвил ни слова, что было на него совсем не похоже.
- …А из палантира злобный такой хрип, – живописал Тенька, – Мол, и владыка его притесняет, и кольцо никак не отыщется, и вообще жизнь ужасна.
- Еще шла речь о войске, которое вот-вот выступит на некие земли Рохана, – добавил Майтимо, которого больше волновали стратегические сведения, а не чьи-то там душевные терзания.
- Для Саурона настали не лучшие времена, – Гэндальф поднес к трубке конец возвращенного ему посоха, на котором загорелся маленький огонек, и умолк ненадолго, прикуривая. Майтимо, видевший такую диковину впервые, и Тенька, тоже не избалованный подобными зрелищами, глядели во все глаза. – Однако насчет кольца он был не совсем искренен: назгулы, Черные Всадники, уже взяли след, и лучше бы мне сейчас быть не здесь, как ни приятно мне ваше общество, а на другом конце Средиземья, чтобы встретить нынешнего владельца кольца и помочь ему добраться до Ривенделла.
- Кольцом кто-то владеет? – переспросил Майтимо. – Но это ведь невозможно.
- Разумеется, он не осознает полной силы попавшего к нему предмета. Долгая это была история, и некогда прятаться за прошлым, если в опасности будущее.
- Не хочешь рассказывать – не надо, – махнул рукой Тенька. – А вот Моринготто ты чуял?
- Да, от меня не укрылось изменение в природе тьмы, – старик выпустил изо рта крупное колечко дыма. – Но до встречи с вами я не мог понять, что это такое. Саурон, многократно ослабевший, лишенный своего кольца, был силен. Но тот, кто пришел в Средиземье нынче – в десятки раз сильнее. Как же ты собираешься его одолеть?
- Растворителем, – свободной от прутиков рукой Тенька достал из мешка заветную бутыль и красочно тряхнул. Со дна поднялись зеленоватые пузыри, окруженные розовой взвесью, которая темнела и пропадала, не достигнув горлышка. Зрелище было даже красивое, но Майтимо постоянно казалось, что сейчас грянет взрыв.
- Васильками пахнет, – отметил Гэндальф, принюхиваясь.
- Я туда техническую отдушку добавил, – Тенька привычно свинтил зубами пробку, и запах васильков стал сильнее. – Три года у меня в сарае простаивала, а до того – тридцать лет у тестя, он ее в молодости по дешевке взял на распродаже, а потом увидел, что просроченная, но выбрасывать жаль. Вещь-то нужная, вот и мне пригодилась. Выяснилась интересненькая вещь: бензолы нейтрализуют токсин лежалости и получается…
- Осторожнее! – воскликнул Майтимо, потому что бутыль в руках колдуна опасно накренилась, того и гляди прольется на колени.
- Что? – не понял Тенька. – А, да не волнуйся. Абсолютно для всех существ, кроме Моринготто, растворитель безопасен. Его даже пить можно, только вкус мерзкий.
- Не надо пить! Постой… если ты с такой уверенностью говоришь про вкус, это значит, ты уже пил свою балрогову жижу?
- Я ж профессионал! – подбоченился Тенька. – Конечно, пил!
Гэндальф лишь незаметно усмехнулся в густую белую бороду и выпустил из ноздрей очередную порцию табачного дыма. Майтимо принюхался и, с трудом подавив кашель, пересел подальше.
- Рохан нельзя оставлять в беде, – сказал между тем старик. – Тем более, он рядом, в паре дней пути отсюда.
- Значит, мы пойдем в Рохан, – решил Майтимо, ладонью разгоняя назойливый дым перед своим носом.
- Мы никуда не пойдем, – возразил Тенька. – За эти пару дней я настрою водяное зеркало, и уж тогда хоть в Рохан, хоть в Ривенделл, хоть крокозябре на рога.
- Время дорого, – покачал головой Гэндальф. – Чем быстрее в Рохане узнают о планах врага, тем лучше. Вы оставайтесь здесь, я отправлюсь туда, и тогда мы встретимся уже в Ривенделле.
- Или ты наведаешься в Рохан, – прикинул вед, – а потом вернешься сюда и вместе с нами переместишься в Ривенделл.
- Тоже неплохой план, – согласился Гэндальф. – В Ривенделле будет совет, и вам обязательно нужно на нем присутствовать. Там мы постараемся решить, как лучше одолеть Врага.
- Не люблю советы, – поделился Тенька. – Конечно, если их не проводит моя обда.
- А какая она? – полюбопытствовал Гэндальф.
- Знаешь вещество по имени Эонвэ? Хотя, чего я спрашиваю, вы ведь с ним одного порядка. Так вот, Эонвэ ради встреч с моей многомудрой обдой терпит в Валиноре целого меня! Хотя и кричит об этом на каждом углу, чтобы все знали о его великой жертве.
Гэндальф потрясенно покачал головой.
Тенька, наконец, заметил мучения друга и сочувственно прищелкнул пальцами. Густой дым, не долетев до носа Майтимо, опал на землю легким сероватым инеем.
Потрескивал костер, на леса и равнины опускались светлые, но по-осеннему густые сумерки. Тенька жарил на прутиках снедь, Гэндальф наблюдал за ним и задумчиво курил трубку, выпуская изо рта крупные барашки беловатого дыма. Барашки поднимались к небу и медленно таяли в сумерках. А Майтимо смотрел на Гэндальфа. Задумчиво, неотрывно, притом не столько на самого чародея, сколько на его правую руку. Леголас это заметил и нахмурился.
- Мне не нравится твой взгляд, нолдо. Что ты высматриваешь?
- Не знаю, – пробормотал Майтимо. – Меня тянет. Как тогда, в башне.
- Это, наверное, кольцо, – предположил Тенька, не оборачиваясь.
- Ты его видишь? – уточнил Гэндальф.
- Не-а. Но зато я прекрасно чую колдовство, которое делает его невидимым. Изящная штука, у меня на кафедре аспирант таким манером от жены самогон прячет. Только та все равно находит, – колдун ловко перевернул прутик, чтобы грибной сок стекал на хлеб, а не в огонь. – По запаху. Удобно, что волшебные кольца не пахнут!