Лев зарычал, присоединяясь к обещанию, и от его громоподобного рыка на востоке забрезжил рассвет.
Немного позже, в более тесном, почти семейном кругу, провожали в обратный путь гостей из другого измерения.
- Я благодарю вас, пришедшие из-за грани разумного, – торжественно и почти не печально произнес Мелькор, не отпуская руки жены. – Наша полынь, политая слезами, уцелела лишь благодаря вам.
- Только не надо опять про полынь! – беззвучно взмолился Майтимо.
- Наши рассветы – отныне и ваши, – прошелестела Элхэ. Оба “молодых” с момента свадьбы были счастливые, умиротворенные и даже не плакали. – Я буду хранить твой подарок, Тенька, – она подняла повыше ножницы, – и торжественно срезать им спелые боярышниковые ягоды в знак памяти этому минувшему дню.
- Я тебе еще промышленный резак подарю! – от души пообещал колдун.
- Славно отпр-раздновали, мр-р, – сказал Ришеч, ради такого случая возникший целиком. – До скор-рого. Или – не скор-рого...
- Вы тоже уходите? – удивился Мелькор. – А как же обещание присматривать за мной?
- А мы и будем пр-рисматр-ривать, – загадочно произнес котяра и на сей раз от него осталась пара хитрющих зеленых глаз. Глаза пару раз моргнули и пропали.
Налса согласно зарычал, ласково лизнул в щеку Элхэ и тоже исчез. Им с Ришечем не требовался таз, чтобы пересекать границы разумного.
- Я буду по тебе скучать, – сказала Йолли Финдарато. – И ждать, когда ты родишься здесь. Ты ведь точно меня полюбишь?
- Очень полюблю, – серьезно кивнул Финдарато и поцеловал маленькую ладошку.
Финдекано вежливо раскланялся со всеми новыми знакомыми и сообщил, что в этот же день проследит, чтобы детей прислали обратно. Или хотя бы нашли в недрах небоскреба.
А Майтимо заметил, что Тенька бережно прижимает к груди кипу каких-то бумаг.
- Что это?
- Расписанная по пунктам формула арта-ири, – радостно поделился колдун. – Мне Тано нарисовал!
- А что такое арта-ири?
- Это, – Тенькины глаза знакомо блестели, – реликтовые химерные существа, которых местные валар приняли за жутких чудовищ и уничтожили. Но мы с Феанаро воссоздадим их вновь!
- Не сомневаюсь, наши валар будут в восторге, – пробормотал Майтимо, уже мысленно прикидывая, в какой день лучше пригласить в гости Климу, чтобы отвлечь внимание Эонвэ.
А потом был знакомый радужный водоворот в глазах, и даже отчетливо слышался треск многострадальных границ разумного, которые нынче раскрывались чаще, чем двери придорожного трактира.
Валинор. Несколько дней спустя.
Майтимо тщательно уложил в сундук кольчугу, гранаты, изящный островерхий шлем и прочую амуницию. На сей раз не сделал исключение даже для меча.
Оба кузена глядели на действо скептически.
- Где-то я это уже видел, – усмехнулся Финдекано.
- И не больше недели назад, – подхватил Финдарато.
- Забудьте, что вы видели прежде, – отмахнулся Майтимо. – В этот раз все на самом деле. И я, беря вас в свидетели, клянусь...
- Не клянись! – в один голос воскликнули кузены, потом Финдекано продолжил один: – Я почти уверен, с клятвами в нашей семье и правда что-то нечисто! Даже если вспомнить злосчастные сильмариллы: те самые вы все равно не вернули, счастье, что в этом месте клятву можно было обойти.
- Лучше пренебречь громкими словами, – добавил Финдарато. – Тогда наше семейное проклятие уйдет ни с чем и оставит тебя в покое.
Лицо Майтимо озарила лукавая озорная улыбка.
- А вы серьезно думаете, будто я не понял этого уже давным-давно и не научился нашим проклятием пользоваться? Слушайте, братья: торжественно клянусь, что больше не надену кольчугу и не возьму в руки меч! И если нарушу эту клятву, пускай меня постигнут самые захватывающие на свете приключения!..
====== О растениеводстве и темных подземельях (часть 1) ======
Над дивным валинорским краем восходило светлое и по-утреннему румяное солнце. Прозрачные лучи озаряли поля, холмы, цветущие сады, громаду из желтого кирпича со странным иномирским названием «небоскреб» и священную гору Таникветиль, у зеленого подножия которой разгорался нешуточный спор.
- Это переходит всякие границы! – возмущался сиятельный Эонвэ. – Как вы смеете не только нарушать своим присутствием покой валар, но и таскать в их владения всяческие непотребные штуковины!
- А я не обязан отчитываться перед валар, где и с чем желаю гулять по утрам! – не менее возмущенно наступал Феанаро.
- Можно подумать, мы эту вашу гору с землей сровняли, – мирно пожимал плечами Тенька.
За спинами нарушителей мигала лампочками главная причина спора: здоровенная металлическая рогатина, весь вид которой прямо-таки кричал о торжестве научного прогресса над покоем священных гор.
- Вы обязаны извещать валар, если речь идет об их владениях! – светлый лик Эонвэ выражал готовность стоять на пути прогресса до победного конца. – Сначала у вас регуляторы, потом гранаты, потом котлованы с небоскребами, потом железные дороги в соседних измерениях, а теперь вы за Таникветиль взялись! Довольно! Я сию секунду расскажу владыке Манвэ о вашем скверном поведении!
- Эонвэ, да ты уже шесть лет грозишься, – напомнил Тенька. – Чего ты как маленький? Мы тут погуляли немножко…
- И нечего на нас орать! – прибавил Феанаро.
Словно в подтверждение его словам рогатина механически пискнула. У майа еле заметно дернулся глаз.
- Чтоб я вас больше тут не видел!
- А если мы без аппаратуры придем? – невинно переспросил Тенька.
Эонвэ напустил на себя особенно суровый и неподкупный вид.
- Как будто я не знаю, что вы свою «аппаратуру» можете собрать на месте из всего, что под ногами!
- А на чай сегодня зайдешь?
Глаза майа высокомерно сверкнули.
- Там Клима обещала быть, – безмятежно прибавил Тенька.
- Да не зови ты его, – махнул рукой Феанаро. – Нам без этого скандалиста больше булочек достанется.
- Кто бы говорил о скандалистах, Феанаро Финвион, – проворчал Эонвэ, а затем, так и не дав ответа, растворился в пространстве. Уже из незримой пустоты эхом ветра донесся строгий голос: – Прочь со священной горы! Я все вижу!..
- Значит, придет, – сделал вывод Тенька.
- Какая трогательная дружба, – фыркнул Феанаро. – Я удивлен, как Эонвэ до сих пор не сподобился подарить твоей обде колечко.
- Наверное, он не хочет получить отказ, как Тьелкормо, – предположил Тенька.
- Это хорошо, что твоя обда отказала моему сыну, – в который раз порадовался Феанаро. – Упаси Эру от такой невестки!
- А я на ней однажды чуть не женился, – мечтательно припомнил колдун.
- Даже тебе отказала?
- Еще бы! Сказала, позовешь замуж – язык оторву. Знаешь, юность, война, крутые нравы…
Отважные изобретатели переглянулись между собой, а затем одновременно посмотрели на подмигивающую рогатину. За время разговора с майа красные лампочки загадочным образом превратились в зеленые.
- Как думаешь, оно сработало? – поинтересовался Тенька.
- Чего гадать? – пожал плечами Феанаро. – Сейчас спустимся, вернемся в лабораторию, откроем резервуар и проверим.
- Все-таки, до чего же ты интересненько придумал! Без этой вашей горы мы бы исходный материал еще неделю по всему Валинору отлавливали.
- Я ж говорил, что на Таникветиль майар пруд пруди! – довольно напомнил Феанаро. – Идем скорее, у меня лекции в три часа начинаются, а я еще хочу проверить удельную формулу концентрации резервуара.
- И соотношение степени сжатия относительно объема семян! – закончил Тенька.
Десять дней спустя
Майтимо торжественно отложил в сторону последний законченный чертеж, вернул перо и кисть на деревянную подставку рядом с чернильницей, хлебнул остывшего травяного чаю и откинулся на спинку стула, размышляя, что ради празднования такого события, как конец проектирования небоскреба, можно выпить чего покрепче. Например, кофе. Без булочек. И вместо молока разбавить мировуре. Гулять, так гулять!
Но не успел бывший лорд Химринга хорошенько размечтаться, как услышал, что этажом выше, в спальне, кто-то ходит. Майтимо не ждал гостей, тем более таких, которые оказываются у него дома, незаметно минуя входную дверь. Поэтому он насторожился и поспешил наверх, стараясь ступать потише, чтобы застать незваного гостя врасплох.