Не отстаёт и "новоявленная" конторсионистка, она, конечно же, забирается в эту колесо-ванну обратной стороной, выгибаясь назад. Снова ступни у рук, затылок у попки. Прямо напротив глаз оказываются прорези, раз за оборот можно взглянуть, куда катишься, и раз — в обратную сторону. Её движения напоминают баттерфляй.
В конце концов все три колеса сталкиваются, акробатов из них выбрасывает, сальто-мортале с потерей плавок и бикини, и приземление прогнувшись. Аплодисменты.
Трёх девочек снова уговаривают, они, в принципе, согласны, но сначала хотят сбегать "до ветру". Местность довольно открытая, нужно специально выделить время, чтобы облегчиться. Особенно женщинам.
И тут дядя Вася говорит: "Хэ, девчата, вам повезло!" и объясняет, в чём именно. Нет, не биотуалет в кабине. Другое. Они пытаются отнекиваться, но видно, что не против. Все силы направлены на то, чтобы сдержаться. Отказы неубедительные. Уговоры переходят в мягкое насилие.
Девочек засовывают в колёса в скорченном положении, надевают на них откуда-то взявшиеся противогазы без коробок, свободные концы шлангов засовывают в трусики. После этого колёса поворачивают так, чтобы шланги встали вертикально. Теперь только сдайся, и моча польётся прямо в шлем-маску.
Девушки не сопротивляются, не тратят силы. Через стёкла очков видны глаза с застывшим в них ужасом. В дополнении ко всему у двоих перепутались шланги, теперь каждая будет поить соседку.
Каждое колесо поддерживает по парню. Остальная компания бродит вокруг, заключает пари, разглядывает. Кто-то пытается пощекотать, пощёлкать по мочевому пузырю (больно уж аппетитно выпирает!), его одёргивают — пари должно быть честным. Крупным планом — трепет трусов, через которые шланги затягивают воздух. Вот-вот разорвутся эти "фильтры".
Поёкивание животов, напряжение мышц до последней степени. Камера ухитрилась забраться даже под шлем-маску, показав мёртвенно-бледное лицо с искусанными губами, даже в шланг, следя за сбегающими каплями. Так скомбинировали внешние и внутренние кадры, что у зрителей сердце за девчонок разрывалось, особенно "сиамских близнецов".
Только когда послышалось журчание, клокотание и захлёбывание, заходили шеи у жертв, вынужденных глотать, парни нехотя повернули колёса на пол-оборота. Остальное сделали те, кому уже не приходилось тратить силы на сдерживание. Воистину, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. И естественно, что еле отплевавшись от жёлтого, тёплого и невкусного, они дружно взяли бутылки с минеральной водой, повернув их этикетками к камере.
Расплатившись с умельцами, молодёжь дальше развлекалась сама. Играли в "демократию". Большинством голосов решали, кого щекотать, привязав к дереву, кого связывать до посинения, кому разминать кости. Если не знать, что всё это игра актёров, сердце может разорваться.
Но вот ужасы кончились, началась любовь на свежем воздухе…
Очень интересно, но внимания экрану уже не доставалось. Когда перестала переживать за других, сюжет поблёк, актёры сникли, зато вовсю надулся живот, взбарабанил верхнюю часть юбочки, а нижняя славно натянулась между бёдрами. Как тут нажать на… ну, как, бывало, приходилось? Да и кайф уже не ловится, вся сжимаюсь изо всех сил, и только тупая боль внутри. Впрочем, как иголкой вот кольнуло. Ой! Капелька вышла, чую, в трусах. Пора уходить, как решила.
Ева встала, вся зажалась, шагнула вправо, на место перед пустым креслом. Теперь надо миновать мужчину. Как бы… Прерывистый вздох…
И тут вдруг он вытянул правую руку, показывая на экран, издал носовой звук типа "У" или "М". Так на что-то обращают удивлённое внимание. Девушка машинально повернула голову, да и сама вся развернулась. Что там интересного? Под коленки ткнулось опускаемое сиденье. Удивиться не хватило мига — на девичье плечо опустилась мужская ладонь и резко нажала. От неожиданности и сбора всех сил внизу живота Ева прямо-таки рухнула на сиденье, отчаянно зажимаясь.
Что происходит, почему? Ничего не понимая, она попыталась вскочить, но на этот раз её остановила твёрдая сильная ладонь, положенная на живот. Её надутый, страждущий живот! М-м-м…
Ровно и тихо прозвучал мужской голос:
— Спокойно, девочка, спокойно. Партия моя. Хочешь остаться сухой — делай, что говорят.
Слова звучали угрожающе-безразлично, с какими-то паузами. Чуть позже стало ясно — подделывался под голоса из динамиков, чтоб не слышали окружающие. А ей говорит в самое ухо, аж жар из пасти чую, капельки слюны.
Ева замерла. Неужели это с ней происходит на самом деле? Не сон ли?
— Сумочку! — развеяло всего одно слово сомнения. Не сон.
Девушка в отчаянии оглянулась. Вокруг, на расстоянии вытянутой руки — люди, а на помощь не позовёшь. Нажмёт, негодяй! Много сидит парней с девицами. И со стороны она с этим грабителем смотрится неплохой парой. С ума сойти!
Он не стал повторять. Два пальца растопыренной кисти, большой и мизинец, слабо, но резко боднули девичий животик, поближе к тазовым косточкам, провели по контурам выпуклости. Ева судорожно глотнула воздух, закусила губу, зажалась. Скребок пальцем по юбке. Что делать! Ремешок как-то безвольно сполз с девичьего плеча, сумочка перекочевала в руки грабителя.
— Часы, кольца, перстни, — подгадал под динамики равнодушный голос. — Только спокойно.
Перстенёк был всего один — подарок бабушки к совершеннолетию. Но ведь не объяснишь! Отдавая, она коснулась мужской ладони мизинцем. Холодная рука, мертвящая.
— Цепочку на мобиле расстегни, на грудке. — Большой палец корябнул вверх, от пупка. — Так, хорошо. Теперь медленно тащи, тяни. Умница! Сюда давай.
До слёз обидно было расставаться с недавним папиным подарком! Да и как современной девушке без мобильника? Она не хотела напрягать папин кошелёк, но ведь всерьёз не принимают безмобилых! На глазах аж выступили слёзы.
Они, верно, смотрелись хорошей парой. Прямой девичий силуэт и нагнувшийся к нему силуэт мужской. Шепчет комплименты или норовит поцеловать. На несколько секунд силуэт ушей будто бы распух — это девичьи пальчики не спеша расстёгивали серёжки. Опустились ручки. Вот снова поднялись, выпростали из дырочек серьги. Натёрли, небось, нежные девичьи мочки. В конце концов, может взрослая девушка распорядиться своим имуществом?!