В следующие дни ничего не изменилось, впереди постоянно маячил ненавистный заслон, который никак не удавалось уничтожить, можно было только обойти, посылая не менее двух центурий, что приводило к катастрофической потере времени, а позади резвились ополченцы, перехватывая делегатов связи и не пропуская обозы.
– Что ж, не я это начал, – в конце концов, не выдержал легат.
Под утро имперские легионы начали стремительно наступление по второстепенной дороге, пусть это несколько уводило их в сторону от столицы Идрума, но давало надежду добыть пропитание, вряд ли жители дальних поселков успеют вывезти все продовольствие. Сбив хлипкий заслон имперцы не дали себе отдыха, как делали это раньше, они сразу устремились вперед, и двигались быстрым маршем почти половину дня. Хитрость удалась, это стало понятно, когда увидели первый поселок и его разбегающихся жителей. Однако Куратис зря праздновал победу, не успели легионеры ворваться туда, как он запылал сразу со всех сторон.
– Что это? – Легат с удивлением смотрел на разгоравшийся пожар.
– Они подожгли поселок, чтобы нам ничего не досталось, – сообщили ему очевидное.
– Варвары, – в который раз выдохнул Куратис.
Однако варвары варварами, а кормить легионеров чем-то надо, что такое два быка, которые были брошены хозяевами при бегстве, на десять тысяч легионеров? Их, растерзали в мгновенье ока, и никто не вспоминал, что они были. Попытка повторить маневр не удалась, следующее поселение опять встретило захватчиков тишиной, на этот раз жителей заставили вывезти все заранее.
– И так, что будем делать? – Задал вопрос легат на военном совете.
– Легионы больше не смогут выдержать такой темп наступления, – заявил один из центурионов, – надо стать лагерем и попытаться добыть пропитание охотой.
– Охотой? – Скривился Куратис, – да в здешних лесах всей дичи на пару центурий не хватит. Так что лагерем вставать не стоит, будем чистить леса по пути, устроим загонную охоту. Но это не выход из положения, мы все одно не сможем прокормить всех.
– Продовольствие наверняка свезли в ближайший замок, – подал голос еще одни командир центурий, – надо захватить его и проблема будет решена.
– Если так. – Задумался легат. – По-моему дельное предложение, кто-нибудь будет возражать против него.
– Судя по тому, что идрумцы не пожалели поселки, они так же могут не пожалеть и припасы в замке. – Нашелся сомневающийся.
– Есть еще мнения? – Продолжил Куратис совет, не обращая внимания на прозвучавшее сомнение. И не получив отклика подвел итог. – Завтра выдвигаемся в сторону ближайшего замка и готовим штурм.
Тут надо отметить, что Фортуна сыграла злую шутку с имперцами, замок, на который они нацелили свое негодование, принадлежал не кому-нибудь вообще, а правой руке Винченцы герцогине Аканте. Естественно никому из тех, кто обеспечивал исход населения по пути следования имперских легионов, не пришло в голову вывозить запасы продовольствия в этот замок, поэтому амбары его были пусты. Но не только в этом был оскал богини удачи, управляющий не получив вовремя указаний от своей хозяйки подготовил замок к обороне и умудрился отбить несколько атак легионеров, а когда им все-таки удалось взобраться на стены приказал все сжечь.
Имперцы, видя, что в последний момент все их старания могут оказаться бесполезными, кинулись тушить огонь и честно боролись с ним всю ночь, и только под утро узнали, что все это было напрасно. Продовольствия в замке почти не осталось. В припадке ярости Куратис приказал повесить всех оставшихся в живых защитников на родовом дереве, которое по несчастью для всех росло именно перед этим замком, тем самым оскорбив чувства всей знати Идрума.
После этого случая даже появилось понятие «Союзники Аканты», так народ выразил свое отношение к главе рода, которая ради денег предала всех тех, кто служил ей верой и правдой. Последствия для самой Аканты оказались печальны, ее лишили титула, а дом был официально упразднен, семьи были вынуждены искать покровительство других герцогских домов.
Куратис же продолжил свое «победное» шествие по земле королевства изредка пытаясь взять с наскока тот или иной замок, но теперь это ему не удавалось. Слишком наглядный урок получился, защитники дрались отчаянно и всегда были готовы сжечь все продовольственные запасы вместе с захватчиками.
Вот ведь Плиний, подлая натура, дождался все-таки своего часа. Интересно, что он будет делать, когда до него дойдет известие, что степняки полностью разгромлены? Хотя, желание захватить столицу у него вряд ли пропадет, наоборот он должен утроить усилия, чтобы успеть это сделать до того, как освободившиеся войска Идрума будут переброшены на запад. Тут у нас есть одно большое преимущество – связь. Конечно, в столице узнали о победе Пофирайоса над степными рода́ми в тот же день, а значит, имперские гонцы уже в пути, но пройдет неделя, прежде чем это известие достигнет ушей императора. Потом будет затрачена еще неделя, пока приказ Плиния доберется до его войска. Получается, что в запасе у нас две недели, за это время мы должны успеть добраться до столицы и двинуться навстречу наступающим имперским легионам.