– Их и всех остальных, кто там жил, вчера согнали с нее, – сказал Рей. – Ближайшим место, где Рамиресы могли остановиться, был дом сестры Анны, здесь, в Денвере. Поэтому они посадили детей в кузов и поехали к ней.
– О.
– Сотни человек сегодня колесят по всем Великим равнинам ради того, чтобы телята ели досыта, – сказал Рей. – И я не удивлюсь, если мы вскорости услышим еще о нескольких случаях отравления угарным газом.
– Если я скотовод, – сказала Элеанор, – который хочет использовать участок федеральной земли, на котором проживают рабочие-мигранты, то что я должен сделать? Как мне заставить этих рабочих уехать? Я вызову копов?
– Нет, ты не станешь звать копов. Существует несколько способов решения этой проблемы, – сказал Рей, – но если у тебя есть нужные связи, то первым делом ты звонишь в «Аламо».
Элеанор с минуту раздумывала над его словами.
– Рей, ты сейчас, как минимум, гарантировал Бьянке Рамирес место в гипербарической камере, – сказала она.
Элеанор оказалась права. Доктор Морган действительно пользовался услугами весьма даровитой секретарши.
По одному ее виду становилось ясно, что свое дело она знает.
– Доброе утро, меня зовут Элеанор Ричмонд и я только что говорила с моим боссом, сенатором Маршаллом, – соврала она. – И по результатам этой беседы пришла к выводу, что самым важным делом вашего босса, доктора Моргана, в этом месяце или, возможно, в этом году, станет разговор со мной, который состоится прямо сейчас.
Уголком глаза она заметила ухмылки, которыми обменялись Рей и доктор Эскобедо. Для них эта поездка была чем-то типа карнавала.
Секретарша доктора Моргана выказывала подобающую моменту приветливость. Если она и была в ярости, то ей хватило выдержки не показывать это перед Элеанор. Она дозвонилась до доктора Моргана, который как раз ехал сюда на машине.
Через пятнадцать минут доктор Морган, Элеанор, Рей и доктор Эскобедо сидели вокруг стола в кабинете Моргана. Они немного поболтали о пустяках – кому что добавить в кофе и о том, какая сегодня прекрасная погода. Когда эти вопросы были исчерпаны, Элеанор обнаружила, что все выжидающе смотрят на нее. Она сложила руки на коленях и собралась с духом.
– Я не очень хороша в дипломатии, – сказала она, – поэтому, наверное, лучше всего просто перейти к делу.
– Давайте, – сказал доктор Морган.
– То, что сейчас здесь происходит – это применение грубой политической силы в чистом виде. Или вы обеспечиваете Бьянке Рамирес лечение в гипербарической кислородной камере – или целью жизни сенатора станет превращение вашего медицинского центра в дымящийся кратер.
– Считайте, она уже в камере, – приветливо отозвался доктор Морган. – Доктор Эскобедо, вы обеспечите транспортировку Бьянки?
– Да.
– Превосходно, – сказал доктор Морган. Вид у него был довольный и веселый, как будто он привык просыпаться каждое утро и получать по морде от члена Сената Соединенных Штатов. – Что-нибудь еще?
– Боже, – проговорила Элеанор часом позже, завтракая с Реем, – я здорово переборщила. Мне так стыдно.
Рей пожал плечами. Примечательно, что он не попытался ей возразить.
– Не беспокойся на этот счет, – сказал он. – Главное, ты добилась, чего хотела.
Доставив доктора Эскобедо в окружную больницу, они вдруг заметили, что не успели позавтракать. Поэтому они нашли небольшую семейную закусочную неподалеку от «Аламо». Элеанор взяла яйца по-деревенски. Рей облизывался над большой тарелкой рубца.
– Я иногда забываю, насколько могуществен сенатор, – сказала Элеанор. – Скорее всего, можно было просто позвонить и добиться того же результата. Вместо этого я ворвалась к ним, как Рембо. Воспользовалась огнеметом, когда хватило бы зажигалки «Bic».
– Да ладно. Как минимум, получился отличный спектакль, – сказал Рей. – У тебя определенно талант.
– А?
Рей внимательно посмотрел на нее.
– То есть ты не в курсе? – спросил он. – Ты действовала инстинктивно?
– Поступила как?
Рей, улыбаясь, покачал головой.
– Я не хочу, чтобы ты начала стесняться и все испортила.
– Да о чем ты говоришь?
– Я восхищаюсь тем, что ты сделала с Эрлом Стронгом, кстати говоря, – сказал он, не слишком ловко меняя тему.
– Да, ты сообщаешь мне об этом при каждой встрече.
– В общем, все что нам требуется – это чтобы твой огнемет всегда был направлен в нужную сторону.
– Ага, – сказала она. – Вскрываются тайные замыслы.
– Я уже сказал, что плачу за завтрак. Что скажешь?
– Отличный завтрак, между прочим, – пробормотала она, приступая к еде.
Некоторое время они ели в молчании. Оба смертельно проголодались. Эмоции сжигают калории.