— Ты слишком много общаешься с Кроуссеном, — Лаура сняла обувь и улеглась на диванчик, положив голову на колени мужа. — Если его легализирует Борисов — их прибыль взлетит.
— Борисов пусть как хочет, но я не собираюсь травить мозги людей, живущих на территории «Ассаж», непонятно чем.
Райз послал мысленный сигнал БАРу и тот незамедлительно принес бокал пива и любимую закуску Стивена — сушеную альмунийскую рыбу.
— Борисов легализирует его только ради того, чтоб насолить тебе.
— Геннадий Владимирович все еще пытается отомстить мне за убийство отца, — Стивен сделал большой глоток. — Но я не убивал его. Я ни при чем, черт подери. Пытался говорить с ним, но он словно проклятый, стоит на своем.
— Все-таки подумай над легализацией «Волшебства». Хотя бы ради того, чтоб этот чокнутый параноик не тешился очередной победой.
Лаборатории «Ассаж» находились здесь же, в «Опоре небес», и занимали этажи с тридцатого по сорок пятый.
Здесь проводились самые разные исследования. Начиная от модификаций и заканчивая разработкой оружия. Начиная с тестирования наркотиков и заканчивая попытками открыть порталы в новые миры.
В прозрачном контейнере-лабиринте тестировался боевой костюм «Гриф». Человек, облаченный в органический скафандр, стоял в центре, и из лучевых оружий, закрепленных на его руках, дырявил голограммы. Подобная система должна была заменить боевых модификантов. Ведь генетические изменения, предназначенные для ведения боя, не только плохо приживались, а еще и несли ущерб психике пользователя.
Сперва голограммы появлялись по одной, потом по две, теперь уже по четыре одновременно. Но человеку в костюме даже не нужно было уклоняться. Он успевал выстрелить раньше, чем свой выстрел сделает голограмма.
Между тем, голографические бойцы были не просто виртуальными болванчиками. В компьютер, проецировавший их, были закачаны тактические приемы различных спецподразделений. Голограммы вели себя профессионально. Прятались в укрытия, прикрывали друг друга, пытались выманить врага на себя.
Но это им не помогало. Тестируемый двигался с немыслимой скоростью и, казалось, видел противников всеми возможными частями тела.
Две голограммы выбежали из-за угла, пытаясь зайти в спину бойцу, но тот даже не повернулся. Изогнулась только его рука, и два слепых выстрела поразили обе голограммы точно меж глаз.
— Как вы этого добились? — спросил менеджер корпорации. Именно от него зависело, попадет ли прототип в серию.
— Прицеливание и движение идет на автомате, — ответил ученый — среднего роста человек в очках, которые он носил явно для красоты.
— Если все выполняет автоматика, зачем же тогда внутри костюма находится человек?
— Именно сплав человека с костюмом представляют автоматическую систему, — усмехнулся ученый. — Интуиция. Вы чувствуете, когда на вас кто-то смотрит. Чувствуете опасность за миг до неё. Даже если не видите, что её представляет.
Менеджер покивал головой.
— Костюм считывает мозговые волны пользователя. Его интуицию, — продолжил ученый. — Он знает об опасности раньше, чем сам пользователь, и ликвидирует её.
— А как насчет распознавания своих и чужих? Ведь слишком резкий жест партнера ваша интуитивная система может определить как проявление агрессии. Вызвать подсознательное чувство опасности.
— Мы еще тестируем взаимодействие в группе, но пару дней назад мы запустили в тир команду из двух человек, облаченных в костюмы. И они не поубивали друг друга. К тому же, если боевая операция будет проводиться в группе, каждый её член будет иметь опознавательный маячок.
— А если, допустим, захват заложников? — спросил менеджер. — Каковы гарантии, что если мы запустим его туда, он не перестреляет заложников вместе с террористами?
— Внутри костюма находится считыватель. Считав эмоциональное состояние на интуитивном уровне, он поймет кто опасен, а кто нет.
— Боевые считыватели, — потерев подбородок, усмехнулся менеджер. — Думаю, нам нужно больше уверенности. Считыватели могут ошибаться.
— Он безопасен, — кивнул ученый. — Если хотите — можете сами войти в тир и проверить.