Лихорадочно луплю по кнопкам, отдавая команды: зачистить отсек, задраить дыры, начать регенерацию кабелей. Компьютер послушно выполняет, что велено, но вот загвоздка: одна зверюга уже успела протиснуть свое бледное ворсинчатое тело в прогрызенное отверстие. И теперь этот монстр в коридоре – ищет кого-нибудь тёплого и живого, чтобы продолжить трансформацию.
– Вот чёрт! – раздаётся за моей спиной. Согласен: только плотоядных личинок нам тут не хватало.
Меня даже не удивляет, что Элис ослушалась приказа и побежала за мной. Да и препираться некогда.
– Останься здесь! – бросаю я и с бластером наперевес выбегаю в коридор.
Прикончу гадину, а когда представится возможность, найду оператора, подсунувшего мне непроверенный груз, и сделаю из его башки новенькое кашпо для Майло.
Элис догоняет меня с криопушкой в руках:
– Отвлеку эту мерзость, пока ты будешь её убивать! – заявляет она, и я с трудом вписываюсь в поворот, обалдев от такой воинственности.
Здесь, за углом, нас и поджидает монстр, но весь мой план летит к чертям: бластер – кто бы мог подумать! – оказывается неисправен.
Элис пускает в ход криопушку, дав мне возможность обойти личинку и напасть сзади. Слишком поздно я замечаю, что у этой дряни зубы с обоих концов! Ну ничего, я уже достаточно сильно разозлился.
Спустя вечность, падаю на пол рядом с дохлой тварью. Бластер сыграл роль тупого разделочного ножа: мерзко, конечно, но главное – результат.
– Колин, ты ранен!
Элис ещё что-то говорит, но я не слушаю – меня охватывает абсолютное безразличие ко всему происходящему. Я страстно желаю только одного – спать…
– Проснись! – голова дёргается от звонких пощёчин, но боли я не чувствую. – В их яде, очевидно, снотворное и миорелаксант… – голос Элис доносится откуда-то издалека, будто из другой галактики…
– Не спи!!! – снова её крик выдергивает меня из парализующей дремоты, и я с трудом приоткрываю глаза. По потолку почему-то бегут светильники… А, нет, это я еду под ними – Элис меня тащит…
И вдруг в моей голове, набитой мокрой ватой, неожиданно появляется здравая мысль. Пока системы корабля занимаются регенерацией кабелей, мы успеем поджариться, если не изолируемся в пилотском отсеке!
– В кабину, – шепчу я, прежде чем снова отключиться. Язык распух и с трудом ворочается.
Надеюсь, на сей раз, ради разнообразия, Элис меня послушается.
Прихожу в себя уже в кабине.
– Отлично, антидот сработал, – посветив мне в глаза фонариком, Элис облегченно выдыхает и исчезает из поля зрения. – Сейчас вколю обезболивающее и обработаю укусы. Потерпи…
Я ошарашенно осматриваюсь, с трудом приподнимая гудящую голову. Надо же, она не смогла притащить меня сюда, прежде чем в жилом модуле стало нечем дышать, да ещё успела захватить свой медицинский чемоданчик. И отыскала в экстремальном наборе надувной матрас, на котором я сейчас и лежу, заняв почти всё свободное пространство на полу кабины.
Закончив с обработкой моих ран, Элис падает рядом, и мы тут же засыпаем: долгая выдалась ночка.
Я чувствую, как Элис двигается на своей половине матраса, но открываю глаза только когда она перекидывает через меня ногу. Наши взгляды встречаются, от неожиданности она опускается на меня и тут же вскакивает. Я возмущенно выгибаю бровь, сдерживая улыбку: я голыми руками убил ядовитую плотоядную личинку и заслуживаю немножечко веселья.
– Прости, – шепчет мой доктор, заняв единственный свободный кусочек пола, – хотела взять воды…
Утолив жажду, она протягивает бутылку мне, и наши пальцы соприкасаются. Я приподнимаюсь на локте и делаю несколько глотков, не сводя с Элис глаз.
Тесная кабина наполнена её ароматом, в моей крови ещё полно адреналина – сердце готово проломить грудную клетку.
И тут доктор Элис поступает крайне неосмотрительно: она вздыхает и закусывает нижнюю губу. Этого оказывается достаточно – я хватаю её за запястье и притягиваю к себе, устраивая сверху.
Касаюсь кончиками пальцев её щеки, спускаюсь вниз по шее. Наклоняюсь и провожу языком по впадинке над тонкой ключицей.
Элис зарывается пальцами в мои волосы, обхватывает ладонью затылок и нетерпеливо ёрзает. Намёк понял – я нахожу её губы.
Чувствую каждый сантиметр горячей кожи под тонкой тканью её пижамы, ещё немного – и я не смогу себя контролировать.
Собрав остатки самообладания, прерываю поцелуй и смотрю ей в глаза. Мы дышим, как марафонцы, щёки Элис горят, как аварийные огни. Я уже готов перевернуть её на спину, но хочу, чтобы она сама попросила. Ожидание мучительно прекрасно.