Улететь сегодня к себе на мыс Дежнева будет мудрено, а тем более в Уэлен, в гости к Ивану Теину на торжество по поводу выхода в свет новой книги.
«Правда, это только переиздание, — скромно заметил автор, — но в моем возрасте и при моих темпах творческой работы и это достижение. Главная же прелесть книги в иллюстрациях, которые сделал Яков Цирценс».
От размышлений отвлек громкий голос Хью Дугласа.
— Похоже, сегодня природа решила нам устроить настоящее испытание! — прокричал он, обращаясь к своему советскому коллеге.
У него был такой вид, будто он и вправду старается перекричать с экрана ветер и летящий снег.
— Ну что ж, — отозвался Метелица. — Лучше теперь, чем в другое время.
— Судно в море! — вдруг послышался резкий, усиленный электроникой голос автоматической аварийной службы. — Похоже, что байдара! Несет на запад!
Добрая половина экранов переключилась на утлое суденышко. Это была охотничья байдара. Густой летящий снег не позволял рассмотреть людей. На радиовызовы судно не отзывалось: либо на нем отсутствовал аппарат, либо он поврежден. Огромные волны с дымящимися пенными гребнями время от времени скрывали байдару от взора.
— На судне три человека! — сообщила аварийная служба. — По данным береговой спасательной станции, при ветре свыше сорока метров в секунду ни один из вертостатов не может подняться.
Метелица встал с кресла, перешел в меньшую комнату, где находились дублирующие экраны, и позвал двух своих ближайших помощников.
— Свяжитесь с портом Провидения! В бухте Румилет находится судно для подводного монтажа! Пусть срочно направится в пролив!
Судно для подводного монтажа представляло собой специально приспособленную подводную лодку, которая в глубине плавала гораздо увереннее, чем на поверхности.
Команды передавались мгновенно, и не прошло и минуты, как на связи уже был капитан судна.
— Только бы они продержались до нашего прихода, — озабоченно сказал он. — Нам потребуется около пяти часов, чтобы добраться до пролива.
— Неужели ваш «Садко» так тихоходен? — удивился Метелица.
— Мы же плывем под водой, — с ноткой обиды произнес капитан.
— Хорошо, не теряйте времени!
С американской стороны поступило сообщение, что байдару унесло с берега Малого Диомида, куда она зашла еще вчера якобы за дополнительным горючим: обычная отговорка для иналикцев, чтобы посетить свой островок. Ходили слухи, что владельцы байдар специально так рассчитывали запас горючего, чтобы оно кончалось как раз на подходе к Иналику.
— На байдаре Джеймс Мылрок, Ник Омиак и Джон Аяпан, — сообщили с аляскинского берега.
На экранах люди в лодке походили на белых медведей: так они были облеплены снегом. Охотники пытались еще что-то сделать — гребли короткими веслами, стараясь не ставить байдару бортом к огромным ледяным валам.
Перси, не отрываясь, смотрел на экран большого цветного дисплея и лихорадочно зарисовывал увиденное. Его рука летала над бумагой, как испуганная птица. Казалось, он чувствовал себя так, словно он тоже там, на гибнущем суденышке…
— Наши эксперты говорят, что в такую погоду остается уповать только на божью милость, — уныло сказал Хью Дуглас. — Никто из летчиков не отваживается выйти навстречу лодке ни на одном летательном аппарате.
— Мы вызвали «Садко» из бухты Румилет, — сообщил Метелица.
— Вы думаете, что он может что-то сделать? — с сомнением спросил Хью Дуглас.
— На все сто процентов не гарантирую, — после некоторого раздумья ответил Метелица.
Тем временем обтянутое моржовой кожей суденышко несло прямо на мыс Дежнева. Чувствительные лазерные телеобъективы едва пробивали плотную пелену летящего снега.
За все это время Перси Мылрок не произнес ни единого слова. Он пристроился у самого большого цветного экрана и рисовал, рисовал, перевертывая страницы своего походного альбома.
Метелица время от времени кидал на него недоуменный и потрясенный взгляд; ведь на терпящей бедствие лодке — его отец! То ли парень полностью равнодушен ко всему, то ли художественное начало в нем таково, что заглушает все остальное.