Так уж случилось, что книги для Лины стали лучшими друзьями. Одноклассники недолюбливали девочку за застенчивость и прилежность, да и мать, работающая в той же школе завучем, в какой-то степени была причастна к этому. Дети боялись жёсткую и принципиальную Марту и прозвали её Кувалдой, отчасти из-за крупных габаритов, отчасти из-за звучного голоса и командного тона, который она применяла в нужных ситуациях. Последний год Марта, измотанная болезнью, утратила былую силу и значимость, но прозвище, прилипшее к ней, переходило из уст в уста и прочно закрепилось среди учеников. Благо в дачном посёлке о нём не знали.
Иногда подросшие за зиму друзья приходили толпой к воротам Полянских и, дурачась, ломились в них с воплями: «Эй, Фил, мы знаем, ты тут, выходи!» Не дождавшись ответа, они оставались играть на зелёном поле в футбол или усаживались возле дома травить анекдоты, будто надеясь, что их закадычный друг внезапно возникнет из воздуха.
Лина уже давно не стремилась в шумную компанию, находя развлечения в мире своих фантазий. Иногда, с молчаливого согласия мамы Марты, девочка перебиралась через соседскую изгородь и кружилась под солнцем, так же как когда-то кружилась тётя Марина, или пряталась в летней беседке, а ещё забиралась на самый верх металлической лестницы, совсем как Филипп, и, раскинув руки, представляла себя на носу крылатого корабля, несущегося средь волн. Она летела навстречу южным ветрам, ликуя от восторга, и мало ей было простора для парящей души… мало…
— Эй, девочка, что ты там делаешь? — однажды услышала Лина незнакомый девчачий голос и от неожиданности чуть не свалилась с лестницы.
За ограждением напротив стояла симпатичная девчонка и с загадочной ухмылкой разглядывала её. Она была постарше Лины, быть может, на год или два. Худенькая и стройная, в яркой розовой бейсболке с блестящим козырьком, в чёрном топике и джинсовой юбочке, непозволительно короткой по стандартам мамы Марты, она напоминала столичную модницу.
— Ну, чего ты молчишь? Я уж подумала, что тут привидение гуляет.
— А… я живу там, — наконец ответила Лина, указав на дом Альтман, и с интересом уставившись на новенькую.
— Ну, ясно, а сюда-то как забрела? А-а, — ехидно сощурилась девчонка, — дружка своего поджидаешь? Знаю, знаю, его здесь все ждут. Слушай, — протянула она уже более дружелюбно, — ты правда с ним дружишь?
Лина на секунду призадумалась. Дружит ли она с Филиппом? Перед ней всплыл образ рыжеволосого мальчишки с котёнком в руках, ведь всё плохое уже давно забылось.
— Да, он мой друг! — с улыбкой ответила девочка.
— Ну, круто! А как тебя зовут?
— Лина, а тебя?
— Юля. — Девочка окинула взглядом дом Полянских. — Ты что же, и в замке в этом была?
— Ну… да.
— Шикарная дача. — Юля погладила пушистую ёлочку у изгороди и задумчиво улыбнулась. — Говорят, внутри дома очень красиво. Ты точно не врёшь, что была там?
— Конечно, почти каждый день, — смутилась Лина, ей бы и в голову не пришло выдумывать что-то, тем более врать. — Тётя Марина занималась со мной музыкой, она пианистка.
Юля состроила хитрую мордочку.
— Ну, ты это круто придумала!
— Что придумала? — удивилась Лина.
— Как — что? Занятия эти. Чем только не пожертвуешь ради своих интересов. Играть на пианино это скучно, невыносимо просто, меня хватило только на год. — Юлька манерно закатила глаза. — Я вообще считаю…
— А мне нравится! — перебила её Лина, осмелев. — Я обожаю играть на пианино, а тётю Мариночку слушать вообще одно удовольствие!
— Ну и ну! Да ты полезное ископаемое. Интересно, интересно… А этот Филипп, он и правда такой крутой?
Лина смущённо улыбнулась:
— Он самый лучший, самый необычный мальчик на свете!
— Ну, это мы ещё увидим, — задумчиво протянула девчонка, — а может, мы с тобой… подружимся? Я могу приходить к тебе в гости, и ещё мы можем гулять. Я тут живу поблизости, через три дачи. Я внучка Шарова. Знаешь такого?
— Но я… — Лина так и не смогла продолжить фразу и признаться Юле, что с ней никто не дружит, да и мама Марта, возможно, будет против их общения. Но с другой стороны, про Шарова дядю Вову Лина знала не понаслышке. Он был каким-то важным чиновником, и мама Марта уважительно здоровалась с ним при встрече.
— Ты странная такая! Я тебе предлагаю дружбу, эй! — Юлька помахала рукой перед Линой. — Ты меня слышишь?
— Да, конечно да! — Лина так и просияла. — Приходи сегодня ко мне домой вечером, и я познакомлю тебя с мамой.
— С мамой? — удивилась Юля, — ну хорошо, с мамой так с мамой, я приду. Обязательно.