— Ну что ты, Линочка, я буду волноваться, — забеспокоилась женщина и погладила её по спине.
— Не-а, мы тебя не возьмём, — пробурчал Филип с набитым ртом, — вдруг ты снова надумаешь топиться.
— Филипп! — одёрнул сына дядя Эдик. — Где твои великосветские манеры?
— Ну чего — я? — Фил, наспех покончив с завтраком, быстро поднялся из-за стола и кивнул на Лину. — Сегодня её очередь мыть посуду. А я пойду к пацанам!
— Это ты нас перед фактом ставишь? — усмехнулся дядя Эдик, — Поможешь девочке, а потом можешь идти на все четыре стороны. Хотя стой, что там у тебя по программе? Может, поделишься своими познаниями в истории, что ты там читал про печенегов?
— Ну, пап⁈ — Фил неохотно развернулся и медленно поплёлся к раковине.
Лине, закалённой режимами мамы Марты, обязанности Фила казались пустяковыми. Дядя Эдик не ограничивал свободу сына, но спрашивал с него со всей строгостью. Чтение и игра на фортепиано входили в список его ежедневных дел, однако с утра и до позднего вечера парнишка слонялся с друзьями. Лишь после ужина Филипп хватался за книгу и навёрстывал упущенное. Разучивать гаммы для него было сущей пыткой, зато он с лёгкостью подбирал мелодии на слух, довольно бегло и разнообразно импровизируя на клавишах. Однажды Лина услышала нежный мотив из мистического сериала «Твин Пикс» и покрылась мурашками, это были незабываемые волнительные впечатления…
С таким же азартом Филипп бренчал на гитаре отца, разучивая бой и аккорды. Именно так говорил дядя Эдик, устанавливая пальцы парнишки на грифе гитары. Музыка в этом доме звучала постоянно, и у каждого была своя. Вечерами тётя Марина наигрывала вальсы Шопена, а дядя Эдик исполнял баллады на английском и бардовские песни. Казалось, он пел душой, и очарованная Лина улетала под звуки его бархатистого голоса.
Особенно ей полюбились песни про «золотого небесного орла» и «государыню». Слышалось в этой музыке что-то возвышенное и светлое. Тётя Марина наигрывала партию флейты — парящая мелодия создавала ауру объёмного звучания. Лине было хорошо, уютно в этом тесном мирке Полянских, она расслаблялась и плыла по волнам своих фантазий, чувствуя себя бесконечно, бессовестно счастливой.
Однажды вечером, покопавшись в коробке, Фил нашёл диск с видеоклипами. На яркой обложке пестрело длинное английское название, но Лина не стала вдаваться в подробности, заслушавшись оживлённой игрой соло-гитары. «Dream of Californicataion… Dream of Californicataion» — повторял приятный мужской голос.
— Хм, круто выглядит! — Фил нажал на стоп-кадр и прилип к экрану, изучая спину рок-музыканта, по которой во всю ширь раскинула крылья неведомая птица. — Похоже на индейские узоры, — размышлял Филипп вслух.
— Да, скорее на рисунки майя и ацтеков, — уточнила Лина.
— Ацтеки… я что-то слышал… вот бы мне такую татуху! — мечтательно вздохнул Филипп.
— Дядя Эдик тебе не разрешит! — воскликнула Лина, уперев руки в бока, совсем как мама Марта.
— Хм, это мы ещё посмотрим! — ухмыльнулся он, его лукавый взгляд говорил: «То ли ещё будет».
— Да, ацтеки древний народ, со своей культурой и традициями, они враждовали с соседними племенами, воровали мужчин для жертвоприношения и женщин — для продолжения рода. Я знаю, читала… у мамы Марты есть исторические атласы и там…
— Всё, идём. — Фил нетерпеливо поднялся.
— Куда? — растерялась девочка.
— Идём к вам, хочу этот атлас или что там у вас есть.
Они незаметно прошмыгнули мимо кухонной двери, где супруги Полянские мило беседовали за вечерним чаепитием, бесшумно выскочили из дома и отправились на поиски приключений. Шли по внутренним дачным дорожкам к смежной калитке Альтман и весело болтали. Вдруг за забором Полянских мелькнула девичья фигурка и последовала за ними, не отставая. Лина пригляделась, да так и ахнула… Юлька! Бывшая подружка остановилась и виновато посмотрела на Лину.
— Идём! — воскликнула девочка, потянув Филиппа за рукав рубашки. Тот пожал плечами, но сопротивляться не стал, отодвинул щеколду и открыл дверцу калитки, пропуская Лину вперёд.
— Лин, Лин, послушай! — прокричала Юлька им вслед.
— Идём же! — взмолилась девочка, увлекая Филиппа за собой.
— Подружка твоя? — спросил он без всякого интереса, напоследок стрельнув в Юлькину сторону взглядом.
Вскоре Фил и Лина, загруженные стопками книг, отправились в дом Полянских.
На улице заметно стемнело. Тётя Марина, обеспокоенная пропажей детей, встречала беглецов на ступеньках крыльца.
— Ну, вот вы где, а я-то думала… — Женщина облегчённо вздохнула и впустила детей в гостиную.