— Там возле ворот девочка какая-то стояла, — задумчиво сказала она, — долго стояла. Филипп, нехорошо так с девочками поступать.
— Это не ко мне, к ней, — отмахнулся Филипп, и Лина стушевалась.
— Что это значит? — удивилась тётя Марина, внимательно глядя на виновницу недоразумения.
— Это из-за неё я оказалась на речке! Я, конечно, тоже виновата, но это она мела языком!
— Но девочка же пришла сама! Да, она ошиблась. Но, возможно, ей хочется попросить прощения!.. — Женщина заметно занервничала.
— Я знать о ней не хочу! — жёстко ответила Лина и вспыхнула.
— Нужно давать людям шанс! В жизни столько всего случается… — Плечи тёти Марины поникли, а лицо побледнело, будто она вспомнила события прошлого. Скинув шаль, женщина медленно вышла из комнаты.
Глава 21
На следующее утро Фил расположился на полу гостиной с энциклопедиями мамы Марты — его увлекли причудливые рисунки ацтеков, на которых те изображали жертвоприношения и богов. Лина сидела поблизости с книгой в руках.
Из колонок музыкального центра звучала нежная мелодия. С недавних пор девочка частенько грустила под «Серебро» Дельфина, однако сейчас другие мысли одолевали её. Медленно листая страницы, она не вникала в смысл строк — перед глазами так и стояла понурая Юлька, слышался взволнованный голос тёти Марины и вспоминалась бьющаяся венка на шее женщины — верный признак волнения.
«Что же делать?» — думала девочка. — «Неужели придётся смириться, переступить через себя и снова начать общаться с Юлькой⁈ Только бы тётя Мариночка не огорчалась…»
Ближе к полудню явился закадычный приятель Фила — Пашка Потапов. За два года он заметно вытянулся и окреп и теперь сильно выделялся среди местных мальчишек, однако по-прежнему мозговым центром их компании оставался Филипп.
Каждое лето подростки играли в игру, напоминающую «Зарницу» — военный квест. В этом году тоже нашлось немало охотников поиграть, даже девчонки изъявили желание участвовать, только отбирались среди них самые смелые и бойкие. Игра планировалась через две недели, и мальчики активно готовились к ней.
Изучая узоры ацтеков, друзья ломали голову над логотипом команды. Идея созрела у Фила несколько дней назад, и будущие игроки одобрили её. Лина с интересом наблюдала, как Филипп делает наброски будущей эмблемы, вплетая элементы индейских узоров — языки адского пламени и звериные оскалы. Для лучшего обозрения она приволокла из столовой высокий барный стул и залезла на него, наблюдая сверху за стараниями парнишки. Иногда Лина не сдерживалась и вставляла, как ей казалось, дельные замечания — фантазия её не на шутку разгулялась.
— А это вообще не твоё дело! — бесился Пашка. Он до сих пор недолюбливал девочку и при каждом удобном случае цеплялся к ней.
Фил, сосредоточенный на рисунках, делал вид, что нападки друга на девчонку ему вовсе не интересны. Однако иногда он посмеивался над туповатыми репликами Пашки.
— Все эти рисунки и символы имеют значение, сделайте свою эмблему, — с азартом говорила Лина. — Например, нарисуйте первые буквы имён игроков, вплетите их в орнамент, будет красиво. Зачем вам боги войны и смерти, это не так безобидно, вы можете навлечь на себя их гнев…
— Откуда тебе знать такое, выдумщица⁈ — заводился Пашка.
— Я знаю, читала, и мама мне рассказывала, всё имеет свой смысл. — Лина осеклась под насмешливым взглядом парнишки.
— Мы сами решим, как лучше, — заносчиво ответил тот, — и вообще, если кто из пацанов узнает, что ты нам советуешь — на смех поднимут.
— Это почему же? — возмутилась девочка.
— Да потому что ты малявка, у тебя вон ещё ноги со стула свисают, — съязвил Пашка, и Лина задохнулась от возмущения и обиды. С тех пор как она поселилась в семье Полянских, парнишка как с цепи сорвался, донимал её при каждом удобном случае и невероятно бесил.
— А у тебя… а у тебя, — вспыхнула Лина, — у тебя они под столом не умещаются! — Девочка тут же смутилась — слова как-то сами внезапно выпорхнули.
Фил тут же захохотал, а Пашка заткнулся и побагровел. Дядя Эдик, недавно вошедший в гостиную и ставший случайным свидетелем словесной перепалки, иронично усмехнулся:
— Осторожно, ребятки! Это — Альтман!..
После обеда Пашка утащил Филиппа на улицу. Мальчики разрабатывали стратегию будущей игры, а потому много времени проводили на площадке. В распахнутые окна гостиной влетали возмущённые возгласы, крики и смех ребят. Лина старалась не отвлекаться — «Маленький принц» Экзюпери уже который день оставался недочитанным, но уличный шум привлекал её больше, чем сказочные похождения героя. Взгляд так и тянулся к окну. Лина откидывала книгу и вставала у занавеса.