— Не уверена, как тут у вас принято, я первый раз у психолога, но Аркадий изводит меня своей ревностью! Доктор, может у вас есть снадобье от непрекращающихся подозрений? Надо срочно это решать, иначе я буду вынуждена уплыть по ближайшей реке куда-то в Западную Сибирь, а холодные воды вообще-то вредны моему хрупкому здоровью. Да и родственники у меня тут в Подмосковье. — Сразу сходу начала девушка. Её спутник нахмурил брови и сжал челюсти.
Василису смутила напористая речь пациентки. Какой это сорт нежити, что для прекращения отношений она собирается сплавляться по рекам в Сибирь? Русалка? Тогда где её хвост? Вася внимательнее стала всматриваться в девушку. Только когда клиентка возмущенно повернулась к Аркадию, Василиса заметила несколько полосок на шее, отдаленно напоминающих жабры. У мочки уха обнаружилась пара переливающихся чешуек.
В середине приёма Василиса убедилась, что это действительно русалка, которая не только смогла прийти в клинику на своих двоих, но и умудрилась взаимно влюбиться в человека. Обычного. Не Потомка, полукровку или нечистую силу. В обыкновенного среднестатистического айтишника, решившего однажды съездить на рыбалку и самозабвенно влюбившегося в русалку, обитавшую в русле реки на Рублевке. Василисе хотелось бы, конечно, уточнить, что помимо мусора, мужчина рассчитывал выловить в Москве-реке.
Выяснилось, что русалка категорично не хотела перебираться в загородный дом мужчины, и даже кристально чистый огромный бассейн на заднем дворе проигрывал по её мнению мутным водам московской реки. К тому же в столичных водах обитали все её рублевские подружки, а сидеть в одиночестве, даже окруженной роскошью, девушку не прельщало.
Аркадий возмущался, что на тех берегах помимо подружек с рыбьими хвостами вокруг Алевтины вьются водяные всех сортов и возрастов. И если оставить хоть на день одну, ветреную, по мнению мужчины, русалку, то она тут же сбежит с ушлым водяным на край света. Да хоть в Сочи.
Эмоции безудержной ревности, которыми хлестал во все стороны Аркадий, перекрывали женскую энергетику русалки и умиротворяющее спокойствие Забавы. Вася отвлеклась от конспектирования приёма и попыталась ухватиться за край ревностной волны, чтобы чуть смягчить настроение пациента. Судя по тому, что лицо, от злости раскрасневшееся перед этим, посветлело, Василисе удавалось влиять на ощущения Аркадия. Прогресс в разговоре с пациентами заметно усилился.
Пока Забава не уходила в детские травмы маленького Аркаши, но подвела его к мысли, что ревность — разрушающее чувство и при большом желании можно хоть из золотой клетки изменить и сбежать. Василисе транслируемые рекомендации показались довольно очевидными, но видимо не всем они приходят в голову самостоятельно.
К концу приема совместными усилиями было решено, что они будут посещать парные сессии. Алевтина согласилась для начала оставаться на три дня в неделю дома у Аркадия при условии, что четыре дня она спокойно занимается своими русалочьими делами в Москве-реке. Никаких снадобий Забава не прописывала, ведь по её словам лучшее лекарство в их случае — работа над собой и доверие друг другу.
Когда пара ушла, Василиса почувствовала опустошение. Она думала, в освободившуюся между приемами минутку расспросить подробнее про этот необычный союз, но хотелось скрутиться в крендель где-то в темном тихом уголке и не отсвечивать.
Забава сразу заметила резкую перемену настроения Васи.
— Ты что-то сильно побледнела дорогуша. Когда ты последний раз ела?
Услышав ответ, психолог хлопком в ладоши материализовала расписной чайник с чашками, а потом, звякнув ключами, полезла в шкаф со снадобьями. Капнула из непрозрачного пузырька в чай и протянула чашку Василисе.
— Выпей, милая. Ты мало того, что забыла напитать организм едой, так еще и своим даром все внутренние силы исчерпала.
С доктором Василиса спорить не стала и сделала маленький глоток. Сладковатый напиток был терпким и вязал рот, как хурма. Забава предложила к уже обычному чаю выпечку. После выпитого снадобья и двух пирожков с яблоками, Васе заметно полегчало. Сил хватило даже позадавать вопросы про причудливую пару.
— Разве это не удивительно? Человек и русалка. Не понимаю, как это возможно! Звучит противоестественно, — задумчиво протянула Василиса.
— Всякое бывает, — загадочно улыбнулась Забава. — К тому же, ты в курсе, что судьбе бедолаги, околдованного чарами русалки, не позавидуешь? Они влюбляются раз и навсегда, а обычные женщины перестают их интересовать.