— Ты с ума сошла?! — Заорал Чимчегрыз. — Я не просил меня калечить! Ты уверена, что ты свой дар вспомнила? Не похоже на управление чужими эмоциями!!!
— Заткнулись оба! — рассердился конвоир, до того молча за ними наблюдавший. — А ты, — охранник указал острым когтем в сторону Василисы, — больше не исполняй тут! Иначе познакомишься с Эльзой, — крыс ласково дотронулся до ножен на своём бедре. В них торчала крепкая рукоять меча.
— Всем встать — суд идет! — объявила крыса-секретарь и в зале наступила тишина.
— Я тебе помогу, а ты своим даром — мне! — шепнул Чимчегрыз Василисе.
Девушка кивнула крысу. Василиса сама пребывала в шоке от того, что вытворяла. Кажется, часом ранее она подобным образом напугала двух крысят, бросавшихся в нее едой. Только поток эмоций не приобрел в тот раз физические формы. Что же сделать, чтобы снова увидеть настроения окружающих? Это здорово бы помогло в корректировке их намерений.
Пока Василиса размышляла о возвращающемся даре, Чимчегрыз начал выстраивать линию защиты:
— Прошу отметить, что предыдущие прения проводились незаконно в силу того, что обвиняемой не был предоставлен защитник!
Обвинитель громко хмыкнул, едва не уронив от возмущения картуз с головы, и злобно зашуршал хвостом, нервно выхаживая взад-вперед. Судья, хоть и скривился, но кивнул Чимчегрызу, соглашаясь с его словами, а потом раздраженно высказался в сторону Прокурора:
— Господин Хвост! Попрошу соблюдать уважение к суду и прекратить производить шум!
Прокурор резко остановился, едва не споткнувшись о собственный хвост. Толпа заулюлюкала — не каждый день Главного Обвинителя Царства ставят на место.
— Спасибо, Ваша Крысовья Честь! — продолжил Чимчегрыз. — Для начала хочу отметить, что так называемое «орудие преступления», кошка Беляш, принадлежит к древнему роду восточно-мэнских кошачьих, у которых…
— Протестую! Это бред!!! — Заверещал Прокурор
— Протест отклонен. Продолжайте, Чимчегрыз!
— Спасибо, Ваша Крысовья Честь!
«Интересно, а я читала, что Ваша Честь не говорят в российских судах… Хотя может у Почтовых крыс своя система, подсмотренная у западных соседей», — задумалась Василиса.
— Так вот этот род кошачьих, обитающих в районе Восточного Мэна, отличается тем, что у них особые способы проявления уважения к других существам. Когда восточно-мэнская кошка хочет выказать почтение стоящему выше по рангу, она прикусывает тому лопатку. Что и сделала данная кошка, — Чимчегрыз обернулся, указав на затихшую Беляш.
Василисе очень хотелось оказаться рядом со своей пантерой, чтобы приласкать и успокоить бедняжку. Окруженная крысами размером с неё, запертая в клетке, затюканная, Беляш сжалась грустно в уголке. Девушка тихонько позвала кошку и вложила всю свою любовь в поток, который попыталась вызвать в сторону питомицы. Воздух зарябил, и девушка увидела розовые пузырьки, которые от неё полетели к Беляшику. Та, будто видя их, повела носиком. Кругляши с розовыми разводами окутали кошечку, а после словно впитались в её шубку. Кошка два раза долго моргнула, смотря на Василису, будто пытаясь отблагодарить. Может, хозяйка и стала меньше неё размером, но любить меньше её не стала.
Василиса мысленно улыбнулась. Что ж, кажется, дар действительно начинает возвращаться. Девушка огляделась. Так, что теперь… Внушить всем, что она невиновна и вместе с кошкой ее нужно срочно увеличить и отпустить? Василиса попыталась настроиться и поняла, что не сможет. Не хватит сил. Мало убедить одного судью, за процессом наверняка наблюдает король папаша Марка. Его гвардия не даст уйти. А работать со столькими целями Василиса не умела и раньше… точнее, никогда не пробовала.
— Одним словом, — продолжал Чимчегрыз, — Я требую переквалифицировать эту кошку из определения «орудие преступления» в живого участника судебного процесса!
— Протестую! — взвился прокурор. — Что вы себе позволяете, Чимчегрыз? Кем себя возомнили?!
— Успокойтесь, господин Хвост, — неожиданно спокойно сказал судья. — Доводы Чимчегрыза вполне адекватны. Но суду нужно посовещаться… Я говорю, суду нужно посовещаться!
Прокурор Хвост опомнился, подбежал к судье, и они о чем-то зашептались. Василиса все больше убеждалась, что весь процесс — не более чем фикция. Развлечение. Прелюдия к суровому приговору. Все уже решено…
— Зачем ты об этом попросил? — спросила Василиса у Чимчегрыза. — Беляша ведь теперь вместе со мной… нами… могут наказать!