Часть 2. Интернатура первые полгода
С интернатурой я не ошиблась. Хотя хотела на скорую помощь, и рыдала как о любимом мужчине, когда не получилось туда распределиться. Но шесть лет учёбы в медуниверситете настолько меня вымотали, что большую нагрузку, пусть даже на интересной работе, я не хотела. Я хотела отдохнуть. Подходящей для отдыха мне показалась интернатура по фтизиатрии (лечение туберкулёза), попасть туда было несложно.
Общежитие для интернов мне понравилось. Хотя оно было убогое, как и большинство «советских» общежитий, но гораздо чище и тише тех, что находились на студгородке, где жили студенты медики пока учились в университете. Общежитие № 8, или «восьмёрка», стояло отдельным зданием во дворах из пятиэтажек.
Окна моей комнаты выходили во двор, в котором был старый яблоневый сад, что большая редкость для Донецка.
Я не раз попадала в конфликты с соседками по комнате в общежитии и опасливо зашла в своё новое место проживания. Но меня встретила только одна соседка, её звали Олей.
Я только посмотрела на неё и сразу расслабилась – угроза не чувствовалось. Оля практически сливалась с интерьером комнаты, и она была очень спокойной девочкой. Но почему-то Оля любила находиться в обществе девочек, которые жили втроём в другой комнате, она даже ночевала там, в большой тесноте. Меня это озадачивало, и я иногда задавалась вопросом, - со мной что-то не так? И даже пыталась выяснить это у Оли.
Хотя я так наслаждалась одиночеством и долгожданным свободным пространством в комнате, что сильно в расспросы не углублялась. Наверное, вместе с отдыхом от учёбы я получила отдых от выяснения отношений с соседками.
Я итак с месяц не могла забрать свои конспекты за шесть лет учёбы в прежнем общежитии после конфликтного отъезда.
Когда я, наконец, за ними пришла, мои бывшие соседки их уже выкинули. Я где-то даже облегчение почувствовала – не придётся мне таскаться с конспектами, которых было ооочень много. Да и шесть лет учёбы в медуниверситете я тогда воспринимала, как тяжкий груз. А с другой стороны, обидно было как-то. Соседку Люду я любила, с ней лично не ссорилась.
Разбираться не стала, в конце концов, я сама затянула с этим делом. Вот только с Людой я после этого много лет не общалась.
Занятия проходили в тубдиспансере, который находился недалеко от общежития для интернов. Сплошные удобства от переезда. Оказалось, что с интернатурой я не ошиблась. Напряга не было, занимались мы недолго, занятия не сложные, можно было «отпроситься», если что. Правда я часто скучала без острых ощущений и переживала, если случалась простуда с кашлем, - а вдруг туберкулёз?
Группа у нас была небольшая четыре девочки, считая меня, и один молодой человек. Особо мы не дружили, но и не враждовали.
Я очень удивлялась жизни молодого человека. Он успел обзавестись двумя детьми. Вообще дети для студентов медиков большая редкость, а двое - так вообще. Он был худой как скелет и постоянно работал на ночных дежурствах. А на занятиях засыпал и просыпался только, когда приходилось отвечать. Тогда ему дружно подсказывали девочки, а когда мы писали контрольные, он их списывал.