В начале 1989 года — ему было 39 лет — он решил вернуться в ВОЗ и обратился с заявлением, претендуя на должность в Специальной программе по СПИДу. И был жестоко разочарован, получив отказ.
Тогда доктор Гордон, задумав отомстить всем медицинским учреждениям сразу, предпринял самую крупную из известных сегодня в мире попыток компьютерного шантажа. В случае успеха это принесло бы ему кругленькую сумму в $ 7 560 000.
В декабре 1989 года в Лондоне намечалось провести международную медицинскую конференцию по СПИДу. Она широко рекламировалась, и доктору Гордону удалось разузнать имена 20 000 врачей, адреса клиник, университетов и коммерческих предприятий по всему миру, представленных на конференции или каким-то образом причастных к ней. Вскоре каждое лицо или организация получили привлекательно упакованную демонстрационную дискету, на которой якобы была записана реклама мощного новейшего средства, знаменующего собой прорыв в борьбе против СПИДа.
Получатели вставляли дискеты в свои компьютеры — и на мониторах появлялся текст, гласивший, что таким образом они заразили свою систему вирусом, который выведет ее из строя после ста дальнейших включений компьютера, безвозвратно будет потеряна вся имевшаяся в нем информация. Единственный выход из ситуации — сразу же оплатить «стоимость лицензии» в размере 378 долларов (225 фунтов стерлингов) за программу-антидот такой-то корпорации на почтовый ящик в г. Панаме, номер такой-то.
Что же делать получателям? Заявление доктора Гордона могло быть как правдой, так и блефом. Продолжать пользоваться своими компьютерами? Возможно, ничего и не случится. Но это был непозволительный риск. Некоторые быстро уплатили за «лицензию» и с нетерпением ожидали обещанный антидот. А другие направились прямиком в полицию — те, кому важно было работать без перерыва.
Дело это еще официально не закрыто и не все детали следствия нам доступны. Но с полной уверенностью мы можем сообщить, что фундамент был заложен Отделом по борьбе с компьютерной преступностью Нового Скотленд-Ярда в сотрудничестве с НЦБ-Лондон. Вскоре подключились Генеральный секретариат и НЦБ в Панаме и Вашингтоне. Но время шло: к середине января 1990 года некоторые компьютеры уже работали неудовлетворительно.
К счастью, в течение нескольких дней следователь лондонского суда на Боу-стрит выдал ордер на арест Джеймса Гордона. Срочное сообщение было направлено из НЦБ-Лондон в Вашингтон, и 2 февраля 1990 года в офис Гордона в США вошли агенты ФБР и арестовали его.
В марте 1991 года после 13-месячной волокиты с экстрадицией в США доктор Гордон сидел на скамье подсудимых на Боу-стрит, вынужденный отвечать по одиннадцати пунктам обвинения в шантаже. Процесс над ним проходил в Саусарк-Кроун-Корт.
Но 18 ноября 1991 года адвокат потребовал от судьи Джефри Ривлина из Королевского совета отложить рассмотрение дела на неопределенное время. У д-ра Гордона обнаружилось серьезное умственное расстройство: он вдруг начал надевать на себя картонную коробку, а завитки в своей бороде использовал для измерения радиоактивности. Судья Ривлин согласился приостановить процесс и вернуть обвиняемого домой в Америку на лечение. «Продолжать сейчас над ним суд означало бы лишь одно — устраивать спектакль перед публикой», — заявил он.
Роберт Кодер, который единственный в группе Ладефогда занимается компьютерной преступностью, говорит следующее: «Нам не так уж часто НЦБ сообщают о таких делах, да и их не так уж часто об этом оповещают. Банки, расчетные палаты, крупные корпорации и т. д., составляющие основную часть жертв компьютерной преступности, редко обращаются по этому поводу в полицию. Полагая, что это отразится на их репутации, они не оповещают клиентов, что их корпорацию одурачили.
Но в деле Гордона ситуация была другой. Жертвам терять было нечего в случае публичной известности. Полагаю, это был единственный случай, сообщенный в Генеральный секретариат, когда подозреваемый был действительно арестован в связи с международным компьютерным преступлением».
Впервые идея программируемого электронного компьютера была сформулирована профессором Максом Нейманом еще в годы Второй мировой войны, когда в декабре 1943 года английская разведка пыталась разобраться с шифром, использовавшимся германской шифровальной машиной «Энигма». Но по-настоящему широкое коммерческое и бытовое применение он получил лишь в начале 70-х годов, когда были сконструированы и усовершенствованы микросхемы.
Это событие произвело революцию в технологии связи и хранения накопленной информации. Компьютеры и персональные компьютеры стали реальностью современной жизни: ими пользуются и крупные корпорации, и школьники. По подсчетам, только в США насчитывается около 30 миллионов персональных компьютеров.