Что?
Комнатка, в которую нас ввели, оказалась очень даже ничего, отнюдь не тесной камерой, в углу которой воняет парашей и всю мебель которой составляют дощатые нары. Она была освещена как лампами дневного света, так и настоящим дневным светом из узкого зарешеченного окошечка под потолком. Вдоль стен — две кровати, застеленные чистым бельем, между ними располагался низкий широкий стол, и два стула. На стенах вместо похабных росписей — чистые белые узорчатые обои. Если это и темница, то с позолотой. Почти как клетка для жар-птицы.
Нас усадили на кровати, но развязывать не стали. После чего оставили одних.
— Я боялась, что нас разделят. Я бы тогда с ума сошла от страха, — призналась вдруг Алессандра, едва тяжелая, металлическая дверь захлопнулась, отрезая нас от внешнего мира.
— Видимо, нет такой необходимости, — ответил я. — К чему им такие сложности. Они не собираются носиться с нами, как с писаной торбой…
— Как с чем? — переспросила девушка, непонимающе глядя на меня. В свою очередь, я тоже не сообразил, о чем она. Но через миг догадался, что испанка имела в виду. Рефлекторно я перевел на английский язык русскую поговорку. Непосредственная Сандра зацепилась за не имеющую для нее смысла фразу, по английский звучавшую как «носиться с нами, как с разрисованной сумкой».
— Как с писаной торбой… У нас в России есть такая поговорка. Она значит, что с нами не станут церемониться. Боюсь, что английский вариант немного уступает по смысловости русскому.
— Да уж, — проговорила она. — Вы, русские, вообще такие странные… — но не успел я попросить ее пояснить смысл ее последнего изречения, как де Ла-Санио переключилась на другое. — Как ты думаешь, что они собираются с нами делать?
— Ты еще не поняла, где мы находимся?
— Нет.
— И Акбарса наверху не заметила?
— Не… Акбарса? — Сандра поперхнулась воздухом. — Так мы…
— Мы в лапах Ларинчи. Того самого. И именно там, куда и должен был довести нас Легаро. Так что, если не быть слишком строгими, как минимум треть своей оплаты он заработал… — я еще могу шутить. Значит, дела не так плохи. А может, наоборот.
— Мерзкий дикарь! Я еще до него доберусь. Я про него такого понапишу, я его так ославлю — у него всех клиентов как водой отольет! — мстительно прошипела Алессандра, и тут же жалобно спросила. — Так зачем мы им понадобились, чего они хотят?
— Думаю, что их замыслом было обезглавить группу, и использовать нас двоих как заложников. Хотя это довольно глупый шаг с их стороны. Неумно надеяться, что наши люди остановятся без меня.
— Выходит, за нами следили, и индейца в проводники нам подсунули.
Я вспомнил старика, чудовищно разговаривающего на чистом английском языке, который посоветовал нам найти Легаро.
— Нет, сомневаюсь. Я склоняюсь к тому, что здесь сработала случайность. Хотя и твоей версии не исключаю абсолютно. Но все же навряд ли… — то ли из-за того, что Сандра сейчас не напоминала отчаянно кусающуюся кошку, а наоборот, очевидно нуждалась в поддержке, я незаметно для себя перешел в общении с ней на покровительственное «ты». Впрочем, она тоже мне больше не «выкала».
Внезапно журналистка, настороженно оглядев комнату, высказала весьма здравую, но слегка запоздалую мысль:
— Александр, а нас не прослушивают?
Бравый спецназовец, то есть я, мгновенно прикусил язык. Чтобы я ни думал и ни знал, чужим ушам этого слышать совсем не обязательно. Я разозлился на себя за свою неосторожность. Благодарно посмотрев на девушку, коротко ей кивнул. Теперь, если даже очень хочется, наш обмен мнениями придется отложить на неопределенное время.
От нечего делать я стал изучать потолок и стены нашей «темницы». Снова поймал себя на мысли, что присутствие Алессандры меня уже так не раздражает, как раньше. Возможно, это произошло под давлением нынешних обстоятельств, ведь кроме нее сейчас рядом не было никого, на кого я мог бы морально опереться. В таких условиях не место для междоусобных распрь. Я вынужден был думать о том, как вытащить нас обоих из этой передряги, я не имел права бросать беззащитную девушку на произвол судьбы. По большому счету, Алессандра не так уж и виновата в случившемся. Я обязан был взять кого-то с собой, уходя на ее поиски. К тому же, если рассудить здраво, Легаро, получив приказ захватить меня, вполне мог искусно заманить Сандру в сельву, чтобы она сыграла роль приманки.