И окончательно растворился в сельве, точно призрак. Ганс даже подумал, не привиделось ли ему все — погоня, эта встреча в лесу? Может, он вовсе валяется сейчас тяжелораненый, и бредит наяву. Но тут же встряхнулся, приходя в себя. Сомневаться в реальности происходящего не лучший выход из положения.
— Все, пора приходить в норму, — упрямо прошептал себе капитан. Он решил принять все, как есть. Что там индеец говорил — его друзья в нем нуждаются? По крайней мере, Ганс понял именно так. Что-то Чеко был слишком уверен в своих словах. Со всей свалившейся на голову эмпирикой и эзотерикой можно попробовать разобраться и потом. А сейчас…
Над головой с хищным клекотом промчалась темная тень. Вдогон ей, разрывая бело-голубое покрывало неба на два неравных куска, в воздухе прошипела тонкая белая полоса, поставившая вспухшую огненную точку на двигательной установке геликоптера. Вертушка с нарастающим воем стала заваливаться влево от Ганса. Через полминуты она обрушилась где-то неподалеку в сельве. Сразу видно, что снайпер «форс эй» — профессионал. В том, что стрелял в вертолет Кирилл, Ганс почему-то был уверен. То ли у него от общения с мистическим индейцем третий глаз прорезался?
Отлично! Пациент шутит, следовательно, скорее жив, чем мертв. Ганс весело помахал вслед упавшему вертолету, показал неприличный жест при помощи сгиба локтя, и резво сорвался обратно к фазенде. Смятение оставило его окончательно…
«Цепь рассыпалась в порошок, черт побери, но это ли не свобода?»
…Наскоро соорудив из бурнусов, снятых с трупов арабов, подобие носилок, похожее на гамак, спецназовцы сгруппировались и скорым шагом двинулись в сторону особняка. Где-то там их ждала еще одна раненая — капитан Мейер. Никто не мог понять Ганса — почему он кинул напарницу одну в центре гангстерского логова? Да и много позже, после его путаных объяснений покрутили пальцами у висков, и предупредили, что подобный фокус пройдет Берну не больше одного раза. Но в тот момент что-либо обсуждать и оценивать не было времени. Накачанный депрессантами и антишоковым Чарли, потерявший под действием лекарств всякий интерес к творящемуся вокруг, приковывал к себе изрядную часть внимания коллег. Беспокоила полицейских судьба девушки-офицера ОБНОН Интерпола. Вокруг никак не могла утихнуть драка между мафией и военизированными мятежниками. Последние неспешно, но верно брали верх над дезорганизованным и деморализованным преступным кланом. И ситуация для оказавшихся в самом центре этого вулкана страстей интерполовцев складывалась близкая к катастрофической. Если бы не глупый поступок Ганса, обязанного вывести свою начальницу из особняка в относительно более безопасный район позади дома, то «форс эй» уже покинула бы территорию усадьбы, предоставив латиноамериканцам разбираться между собой самостоятельно. Теперь бросить Герду на произвол судьбы не представлялось возможным, но перспектива оказаться в осаде внутри огромного дома-дворца в таком случае доходила до стопроцентной.
На первый этаж пробились благополучно через один из черных ходов, сломив слабое сопротивление немногочисленных защитников. Кирилл сообщил, что американцы взлетают, что мельком увидел на крыше особняка похожего на Лайона человека, хотя уверен в этом не был. Переданная картинка подтвердила его предположение. Лайон был в сопровождении бойца-охранника, к его руке был пристегнут наручниками плоский футляр, в каких носят портативные компьютеры.
— Любопытно было бы взглянуть, что там у него в компе… — мечтательно протянул Жиль. Но при всем желании, было не до того. Тем более, поднявшийся в воздух «Ирокез» вскоре забрал с крыши обоих агентов.
Что происходило дальше, бойцы узнали позже…
Торопясь, прочесали часть особняка, пронизав его по длинной поперечной оси. Нашли Герду в каком-то шкафу. Она уже полностью пришла в сознание, чуть не встретила коллег очередью из пистолета-пулемета. Минутой позже девушка осведомилась — где капитан Берн? Услышала в ответ весьма сильные выражения, но словно пропустила их мимо ушей. Лицо Герды приобрело какое-то загадочное выражение…
Перуанцы наконец-то приступили к штурму главного здания. В результате «форс эй» пришлось принять бой с теснимыми мятежниками наркобоевиками. Те, ошалев от факта боя на два фронта внутри собственного оплота, будто с цепи посрывались. Они кидались под пули, до последнего мига жизни давя на спусковые крючки автоматов и пистолетов, стремясь схватиться и с теми, и с другими в рукопашной. И у некоторых получалось… В подобной вакханалии смерти полицейские раньше еще не участвовали. Это была бойня на абсолютное взаимоуничтожение. Не раз и не два уникосы сегодня спасали своих владельцев, вынужденных еще и прикрывать собой беззащитных Алекса и Алессандру, да и на Герде были лишь средний стандартный бронежилет и легкий шлем…