…Что там я о начальстве? Ах да! Короче, командиры в итоге этих закулисных дел раскрутили американцев на подробную информацию о том, что у них было похищено. После того, как у всех тихо встали волосы дыбом, мою группу, едва расквартированную на каком-то скалистом острове — старожилы успели прозвать его «Каменюкой» — быстро мобилизовали, и бросили сюда, в Оман, так как смена недавно улетела на материк, а на Базе кроме нас свежих групп не было. Мою группу «добили» двумя новичками, подкинули новенького снаряжения, еще только проходящего полевые испытания… на нас… — и вперед.
Действовали полулегально, местные структуры, из тех, которые полояльнее, о нас знали, но молчали. «Форс эй» перебросили в пустыню, формально на подстраховке стоял вымотанный предыдущей бессонной ночью «форс би», а на крайний случай грело двигатели звено вертолетов «Линкс», но это уж если совсем все плохо будет…
Интересно, как себя чувствуют американцы? По слухам, грызут локти… Взять инициативу в свои ручки у них нет оснований — они тоже в Проекте.
В принципе, это и есть вся предыстория нашего здесь появления. Выслеживание и определение конечного пункта прибытия груза — выяснить маршрут не смогли — это уже технические детали.
Все, теперь действительно станет жарко, пожарче, чем когда мы пешком шпарили досюда три километра. Пусть боевики и оказались формально в окружении, численный перевес по-прежнему был на их стороне.
Слева гулко ухнуло — опять Жиль буянит. Справа окутываются цементной пылью доты, в которых укрылась кучка бандитов. Это пули Кирилла выбивают бетонную крошку из их стен во время редких промахов. Уверен, подавляющая часть пуль-снарядов ушла в узкие щели бойницы крепостец, наводя внутри настоящий фурор.
Так, по-моему, вон та чалма и есть наш шейх. Выцеливаю позицию — стоящие углом армейские джипы. В зеленоватом поле забрала мелькнуло европейское лицо — похоже, это один из эквадорцев. Тот, что из самолета, или тот, что приехал раньше? Впрочем, мне без разницы. Хотя тех, что приехали раньше, рекомендовали взять живыми. Как получится, господа, как получится!
Подбираюсь все ближе. Частые неприцельные очереди бесполезно роют песок и крошат камни вокруг. Огрызаюсь одиночными из своей «Н amp;K» G36. Один неосторожно высунулся над капотом — и падает обратно с пробитой головой. Еще кто-то предсмертно закричал справа — Джеф от меня не отстает.
Надоела мне эта катавасия! На взгляд профессионала, бой излишне затягивается.
— Три-Семь, вы скоро?
— На подходе, — прошипел в наушнике Чарли. — «Олимп» предлагает помощь.
К черту, у нас тут не локальный конфликт, чтобы развязывать массовую драку!
— Сами не маленькие, справимся, — резко ответил я. Нет уж, спасибо, вызвать подмогу — расписаться в собственном бессилии. А мы еще толком и не действовали.
За машинами, где вроде сидел шейх, возникло подозрительное шевеление. Да и отстреливаться они как-то вяло стали. Что-то здесь не так. Приник к земле, навел HUD на джипы, дал максимальное увеличение. Хорошая штука — технология. Наши спецкостюмы, наверное, не проще скафандров стали — так напичканы электроникой. В шлеме, отдаленно напоминающим своей формой мотоциклетные «интегралы», вообще что-то непредставимое — расчетно-прицельный комплекс с выводным голографическим экраном, встроенным в бронезабрало. Это такая толстая стекляшка, которая опускается на глаза, и работает как прицел, бинокль и компьютерный экран. Кроме того, в шлеме была возможность кондиционирования воздуха и встроенный респиратор. В самом комбинезоне расположены электролокационные, ультразвуковые и прочие датчики, а также спутниковый приемник. От всего этого безобразия я был изолирован внутренним спецкомбезом.
Так чем же они там занимаются, люди нехорошие? Часть смирно сидит на месте, а вот шейх и эквадорцы, ровным счетом трое, ползут куда-то. Куда?
— Командир, мы на месте, — сообщил Чарли. Он сейчас был с другой стороны самолета, вместе с Ван Хи Шином — третьим новичком в группе. Я не упомянул его ранее по той причине, что появился он в моей команде задолго до Андрэ и Кирилла, сразу же после Мьянмы… вместо Лежена. До сих пор в груди ноет, как вспомню те события почти годовой давности. Мы тогда потеряли еще одного нашего друга — Кристофа Эдвардсена. Оба они погибли нелепо и глупо. У Криса осталась молодая жена Марта, получившая тяжелый шок после смерти мужа. Наши психологи пытались ее вытащить, но добились немногого — она смогла разговаривать, но с трудом, словно ребенок. Вскоре она вернулась домой, в Норвегию, к семье. Надо не забыть ей позвонить после акции…