Отлично ориентируясь в городе, Герда вскоре свернула к многоэтажному зданию, площадка перед которым была забита машинами полицейской окраски. Вогнав «Ксантию» между двумя потрепанными микроавтобусами черного цвета с надписями «Полиция», и остановившись, Герда молча вылезла из машины и собралась идти к входному турникету полицейского департамента, о чем гласила табличка над входом. Ганс не выдержал подобного хамства.
Выбравшись из машины, он облокотился на открытую дверцу.
— Эй, начальница! Ты меня решила ненавязчиво забыть здесь?
Она остановилась, не поворачиваясь. Ганс продолжил:
— Наверное, с твоей точки зрения это обычное дело — заставить здоровенного мужика молчаливо, как собачку, шастать за твоими длинными ножками. Вот только на роль собачки я мало гожусь. Поэтому считаю нужным выдвинуть ультиматум — или ты мне все-таки объясняешь в подробностях нашу задачу, или я прямо сейчас отправляюсь искать Беркутова, и подаю рапорт, что отказываюсь работать с тобой в паре!
Капитан Мейер обернулась, и обожгла Ганса синим взором из-за темных стекол очков.
— Ты мне сразу не понравился! Я пыталась объяснить командованию, что справлюсь с заданием безо всяких самцов, но все бесполезно…
Все ясно, подумал Ганс. Феминистка. Женщины на нашей работе — это вообще порой такая сложная штука…
— Ты знаешь… — вкрадчиво начал он, хлопнув дверцей и подходя к ней ближе. — Ты меня также не радуешь. В первую очередь по той простой причине, что ведешь себя чрезвычайно непрофессионально, и не умеешь подчиняться приказам. Возможно ты, капитан, специалист высокого класса, иначе не получила бы допуск к акции. Но также очевидно, что ты не умеешь работать в связке. Если тебя не устраивает моя кандидатура, подай рапорт, но не тыкай мне пальцем в грудь, заявляя, что я тебе не нравлюсь! Мне, между прочим, не легче, чем тебе, работать в паре, но я ведь молчу! И если ты сейчас же не сменишь свою точку зрения, я сам доложу о твоем служебном несоответствии. Не хватало мне проблем с суфражистски настроенной начальницей еще до начала операции!
С некоторым удовлетворением Ганс отметил, что Герда враз потеряла весь свой лоск супервуменши. Похоже, до нее только сейчас дошло, какую глупость она спорола. Берн, честно признаться, не понимал, как ей удалось попасть в спецгруппу при таких психологических параметрах. Уж на что Ганс с уходом из «Тени» превратился в волка-одиночку, но не до такой же степени!
Хотя, мало ли что у нее могло случиться в прошлом. Ганс давно научился смотреть на мир с нескольких сторон, и был готов понять Герду. При условии, что она захочет понимания сама.
— Извините, капитан Берн. Сама не понимаю, что на меня накатило. Вы правы, конечно же, — Герда прямо взглянула в глаза Ганса. Тому показалось, что в них из-подо льда выступила соленая вода. — Просто в последнее время у меня было слишком много провалов из-за партнеров. Я дура, я просто решила отыграться на вас, простите пожалуйста. Если вы будете так добры, и все произошедшее останется между нами… Эта операция так же важна для меня, как и для вас, и для «Тени»…
Ганс застыл с открытым ртом.
— Мне хотели снизить класс, но мой бывший шеф помог попасть в эту разработку. Это мой последний шанс вернуться в Спецотдел.
— Так ты из «Трафика»? — понимающе протянул Ганс. «Трафиком» в Интерполе называли засекреченный навроде «Тени» отдел по борьбе с наркомафией и работорговлей. «Трафик» действовал независимо от ОБНОН, но часто сотрудничал с ним. А полномочий у Спецотдела было на порядок больше. Например, ему позволялись более широкие активные действия с меньшими последствиями для сотрудников отдела. Пресечение преступных трафиков было основной целью Спецотдела, за что он и получил аналогичное название. В общем, структура новая и лишь малость менее значимая и влиятельная, чем «Тень».
— Да. — Герда естественным движением взяла Ганса под локоть, и шагнула к входу в полицейский департамент. Он, все еще ошарашенный, безропотно последовал за ней внутрь.
Внутри департамент напоминал диковинный живой организм, по лестницам и коридорам, подобно эритроцитам в артериях, перемещались люди в форме и в штатском. Куда-то вели арестованных, кто-то бурно, по южному выражали свои эмоции в разговорах, кто-то расслабленно сидел за рабочим столом, глядя в потолок. В целом, нормальное полицейское учреждение с местной спецификой.
Девушка продолжила:
— Я хочу вернуться, но не могу пока этого сделать из-за одного идиота. Это я о своем последнем напарнике. Он сломал мою схему предыдущей операции, и потом свалил все на меня же. Я не сумела доказать своей невиновности, слишком грамотно он меня подставил. Я даже подозреваю, что он не обошелся без чьей-то помощи, — Герда вдруг резко остановилась. В течение всего разговора Ганс не обращал внимания, куда они шли, и ему понадобилось несколько долгих секунд, чтобы осознать, что они достигли первоначальной цели, определенной Гердой.