Доводчик не успел закрыть дверь. Он, дернув металлическое полотно, проник в подъезд. В несколько шагов, оказался перед ее квартирой, сунул носок ботинка в проем, не дав девушке плотно закрыться.
Ирина пыталась вдавить деревянную ненадежную дверь, чтобы щелкнуть замком, слышала его тяжелое дыхание по ту сторону. Он, стал толкать дверь. Промычал, стиснув зубы:
– Кто ты? Почему ты у меня в голове? Я тебя не знаю, но ты у меня в голове!
Он еще сильнее навалился на дверь. Ирина от усталости, не смогла удержаться. Да и вес ее тела, не смог бы противостоять взрослому крупному мужчине. Он ворвался в квартиру, оттолкнув девушку, закрыл дверь за собой.
Ирина испугалась, не знала, что делать. Для нее это было полной неожиданностью. Она смотрела на него, но не могла уловить его взгляд. Его глаза бегали, как будто он что-то искал на полу. Его огромные ладони задрожали. Он вытянул их перед собой. Стал сближаться с девушкой. Она пятилась назад, сколько могла, пока не уперлась в стол. От этого фотография упала, гулко хлопнув по скатерти. Ирина вздрогнула. Мужчина тоже дернулся и схватил Ирину за шею. Его трясло. Иринка стала кричать, как могла.
Он повалил ее на пол всей своей массой. Сдавил ее горло что было силы. В это время его самого трясло. Лицо злобно скривилось. Он рычал как бешеный зверь.
− Кто ты? Отпусти меня!
Вместо крика, у Ирины получался хрип.
Он навалился на нее всем телом. Она уже не дышала. Мужчина обнял девушку, провел рукой по ее волосам. У него не проходила дрожь. Наоборот, его начало трясти еще больше. Он схватился за голову, закрывая уши, от какого-то внутреннего шума. Попытался резко встать. Оперся о стол, сдернув скатерть. За ней на пол упала фотография. Его взгляд застыл на изображении парня. Он узнал Олега. Взяв фотографию в руки, подошел к зеркалу.
На сравнение двух людей ушло не больше минуты. Фоторамка разлетелась на части, ударившись с силой об пол. Он снова подошел к девушке и стал всматриваться в ее лицо.
Этот звериный рев, наверное, слышал весь подъезд.
Его испугал настойчивый стук в дверь.
– Откройте, полиция! Мы вынуждены взломать дверь!
Сотрудники спецподразделения были настроены решительно. Послышались первые удары.
Он решил бежать. Щеколды большого старого окна не сопротивлялись его сильным рукам. Услышав, как за спиной, в квартиру вломились полицейские, решил прыгать. Поспешил, оступился. Асфальт под окном встретил его всей своей твердостью.
Маленький уютный двор моментально превратился в Колизей. Люди в окнах, на балконах, прохожие на улице, все участвовали в этом экшене. Кто-то даже успел запечатлеть увиденное на телефон, до того момента пока, размозженное тело было покрыто простыней.
Новая жизнь
Полумрачное помещение полицейского отдела было совсем не уютным. На лавке перед окном дежурной части сидела девочка лет 6-7. Она была одета в новое платье, светлые колготки с пятнами на коленках и сандалики с цветастым рисунком. Ее волосы были растрепаны, а на распущенной косичке из последних сил держался бант. Ее носик уже успел покраснеть от плача. Но к удивлению, ребенок был спокоен. Она свесила ножки со скамьи и болтала ими, что-то бубня себе под нос.
Майор, нес службу бдительно, он сквозь стекло не сводил с нее глаз даже во время телефонного разговора.
Вдруг, в отдел вошла молодая женщина. Она бросилась к ребенку, обнимая ее, и одновременно причитая.
– Оленька, доченька моя! Как же ты меня напугала. Куда же ты сбежала, почему?
Девчонка надула губы, обняла маму за шею.
– Мамочка, я хочу домой. Но мне нужно попасть на Цветочную улицу.
– Зачем тебе туда? – удивилась молодая мама.
В это время к ним подошел офицер.
– Добрый день! Капитан Догадин! – представился он, – Вы мама девочки? Пройдемте со мной, оформим документы.
Они втроем прошли в кабинет.
– Как это произошло? – спросил капитан.
– Понимаете, мы едем к отцу. Мы с поезда, нам теперь надо в аэропорт. Я пока на вокзале разбиралась что куда, она потерялась в суматохе.
– Будьте впредь внимательней, в следующий раз в детский дом определим! – строго сказал офицер, посмотрев на девочку, и пригрозил ей пальцем.
После процедуры опроса и оформления протоколов, мама с дочерью были свободны.
– Мама, ну пожалуйста, – упрашивала Оля маму, дергая ее за палец. – Давай съездим. Мне очень надо.
Мама присела перед ней, поправила ее волосы.