Ты пишешь и поэзию, и прозу? Что тебе ближе?
Умение рифмовать слова не сделало меня поэтом. Я развлекаюсь, иногда обмениваясь стишками с коллегами или мужем, могу на спор что-то придумать, но я не поэт. Хотя в книгах у меня по случаю попадаются стихи собственного сочинения, по-моему, три штуки. Проза мне ближе, потому что это инструмент попроще. Нет того количества правил, какие есть в стихосложении.
Почему выбор пал на фантастику?
Потому что мои герои, компанию которых я придумала, путешествует во времени и пространстве.
В свое время почему-то решила, что фантастику сложно писать, потому что приходиться все выдумывать заново. Я не придерживаюсь мнения, что фантасты — это какие-то пророки, что таким образом можно смоделировать будущее, это смешно. Мое мнение, что фантасты просто тащат из реального мира некие научные или околонаучные идеи и обыгрывают их своей фантазией, иногда они строят свои миры на вполне реальной их времени физике, биологии и других науках, умышленно ставят задачу не выходить за канву научных законов и моделей, но их произведение все равно выдумка. Когда я вывешивала первую книгу в сеть, я гордо обозвала ее философской фантастикой, подумала месяц и аккуратно перебила на психологическую фантастику. Я тогда почему-то не подумала о космоопере, такое название было у нас не в ходу. Первые четыре книги оно так и есть. У меня акцент на мир внутри героев в фантастическом антураже.
Потом я сменила жанр на фэнтези. А потом мои герои начали жить аж в трех мирах сразу, события последних книг так и происходят в трех состояниях.
Твои любимые писатели-фантасты.
Дэн Симмонс, Нил Гейман, дуэт Олди.
В каких жанрах хотела бы попробовать писать?
Хороший вопрос. Я не знаю. До финала серии, я наверняка экспериментировать не буду.
Вспомнила! Буквально вчера вечером представила себя старушкой, которая пишет детские сказки в духе Ганса Христиана Андерсена. Я думаю, у меня получиться.
Кстати, скоро Новый год и Рождество. Не планируешь написать что-нибудь к празднику?
Зарекаться не буду. Специально не планирую. Я переозвучиваю книгу, а это процесс кропотливый и не быстрый. Процесс как раз займет все время, к праздникам не привязываюсь, как получиться.
А вообще, как ты относишься к рождественским историям? Это необходимо людям или это пережиток прошлого?
Люди любят сказки, точнее очень многие люди в нашем мире их любят.
Мне кажется или я вижу тут религиозный подтекст? Извините, что отвечаю вопросом. Я человек не верующий. Как явление европейской культуры, Рождество — примечательный и важный праздник. Я не уверена, что большинство людей вкладывают в него религиозную составляющую, скорее иррациональную, ожидание чуда, праздника вообще. А для кого-то это еще один выходной.
Если говорить только обо мне, тут более значим Новый год. Хороший повод подводить итоги, строить планы, дарить подарки и общаться с теми, кто тебе близок.
Нет, никакого подтекста, лично я считаю, что каждый не должен терять веру в чудо.
И рождественские истории дарят такую надежду.
Я верю только подстроенные чудеса, как в «Алых парусах». Я больше верю в удачу и хорошее стечение обстоятельств, в надежных и опытных людей. Я не мистик.
Процесс создания, какой книги запомнился навсегда?
«Капитан Нейбо», финальная книга цикла «Будущее Эл», ее нет на сайте. Это психологическая драма в жанре фантастики, в которой оказалось много личного. Когда я ее написала, то думала, что больше писать не буду.
Планируешь ли ее опубликовать здесь?
Да, довольно скоро. Книга большая по объему, приходится адаптировать ее под эту площадку.
Тебе больше нравиться работать с крупной формой или мелкой?
Я люблю, и всегда любила крупную форму. Мое осознанное погружение в литературу крупной формы началось в 10 лет со штурма «Войны и мира». Большие романы меня не пугают.
Как относишься к бесконечному продолжению книг?
У меня «бесконечное продолжение». Если писать, не как сумасшедший принтер, вдумчиво и постепенно, то может выходить неплохая серия. В детективном жанре множество таких примеров, как и в фантастика/фэнтези. У меня была читательница, которая книге на восьмой возопила, что я объемом ушла за Толкиена, но потом взяла свои слова обратно.