4. Великая ложа Израиля
Напрасно прождав до полудня, мы с Борисом решили отправиться смотреть алмазную биржу Тель-Авива, экономическое сердце, печень и желудок Израиля. Бойкая девчушка из ВВС, по имени Настя и по происхождению уроженка ЮжноАфриканской Республики, подобрала нас у отеля и, не переставая стрекотать по-русски, повезла к стеклянным небоскребам у центральной железнодорожной станции. На вопрос, мол, откуда такие познания в великом и могучем, Настя ответила просто:
– У моей мамы ремень был повышенной хлесткости. Учитывая, что мы имеем корни там, где сей язык, является родным и государственным, она желала, чтобы и я его знала, как родной.
– Дивимся прозорливости вашей мамы, – Порадовались мы, так как именно эта прозорливость представила в наше распоряжение такого обаятельного гида.
Репортер ВВС Настя заученно рассказала нам о роли алмазной промышленности в экономике государства Израиль и роли евреев в алмазной промышленности мира. Из чего мы сделали двоякий вывод: то ли они заранее знали, что алмазы это большие деньги и сразу подсели к ним поближе, то ли никто не хотел заниматься этим тягомотным трудом – гранить бриллианты и им его сбросили, как крошки со стола. Однако благодаря Оппенгеймеру и безымянным героям гранильных мастерских Амстердама, в алмазном бизнесе они прочно заняли лидирующие позиции.
Звонок мобильника, пелефона, как его называют в Израиле, оторвал нас от размышления о роли чугунной задницы в экономике. Нас приглашали в Великую Ложу Израиля. Великую Ложу Масонов. Такси всхрапнуло и, рванув удила из рук, ринулось по улицам города. Спешка была не очень-то и нужна, потому как через пять минут таксист буркнул «Приехали», показав рукой на низкое одноэтажное здание, похожее скорее на бункер, чем на Храм. У здания с надписью на фронтоне «Freemasons hall» и развивающимся над ней бело-голубым флагом Израиля томился в ожидании невысокий плотный человек в очках и кипе (так называют ермолку, маленькую еврейскую шапочку) на голове. Он быстро протянул руку.
– Абир Риттерсгофф, можно просто брат Алекс или Саша. Пойдемте, нас давно ждут, – Сказал он, слегка картавя, с таким видом, будто он позвонил нам утром и мы долго добирались до места.
Мы споро вошли за ним в дверь с бронзовой табличкой, которая обыденно сообщала на двух языках, что здесь находится Великая Ложа государстве Израиль. Ниже для особенно непонятливых буквами чуть побольше лаконично было написано OFFICE и повторено на иврите. В самом обыкновенном этом самом OFFICE нас встретил, то же самый обыкновенный человек, который после короткого диалога с братом Алексом, расцвел в улыбке, протянул руку и сказал «Здравствуйте», после чего опять перешел на скороговорку на иврите. К концу скоротечного обмена мнениями растерянный Абир Риттерсгофф перевел нам, что представитель Великого Магистра разрешил нам сделать съемки в музее масонства, библиотеке ложи и помещении Храма Великой Ложи. После чего добавил.
– Я бы не разрешил. Но у него хорошее настроение, и вообще вам везет, потому что мне поручено вам все объяснить и показать. Кроме того, на завтра вы приглашены в Реховот, город на юг от Тель-Авива на заседание ложи БИЛУ 33, – Он махнул рукой, – Пошли за мной.
Перед дверью музея он остановился.
– Чтобы не отвлекаться там расскажу здесь. Масонству Израиля в прошлом году исполнилось 50 лет. Однако вот вам мой короткий рассказ. Условно назовем его «Коронация», вы поймете почему.
История масонства в Израиле началась… Да, когда же она началась? То ли с построения царем Соломоном Первого Храма, как утверждает масонская легенда (это всего лишь пример, и ее не следует воспринимать буквально)… То ли еще раньше – когда на Земле Ханаанской появились первые евреи, принеся с собой тайную шумерскую мудрость, обряды и посвящения… Или нет, гораздо позже – когда рыцари-крестоносцы на месте Соломонова Храма воздвигли свой дворец…
Новейшая история датируется очень четко. 17 февраля 1867 года в Палестину прибыл лейтенант Чарльз Уоррен. Он имел указания от «Палестинского общества», патронируемого Английской матерью-ложей – начать раскопки в Иерусалиме. Что именно должен был искать Чарльз Уоррен – неизвестно даже мне.