Кривая усмешка изогнула тонкие губы, когда он принял для себя это решение. Чёрный пиджак снова вернулся на его плечи, и мужчина сразу уловил уже знакомый аромат терпкого женского парфюма. Теперь Гермиона словно всегда была рядом, и этот мираж ему определенно нравился. Драко только взял свой дипломат с кресла, замечая весьма любопытный предмет под ним. Тонкая волшебная палочка ощутимым весом легла в его ладонь, и не надо быть волшебником чтобы догадаться, кому она принадлежала. Видимо на пьяную голову Грейнджер ещё и растеряха, раз разбрасывается такими полезными вещами. Малфой только покачал головой и спрятал палочку во внутренний карман пиджака. Он обязательно отдаст её, при удобном случае. Но только вот он не обещает, что этот случай будет удобный для самой Гермионы.
***
Снова шикарный зал Заседаний встретил Гермиону солнечным светом, заполнившим все пространство. Она постаралась оставить все неподобающие мысли за дверью номера, сосредоточившись исключительно на работе и тех доводах, что должна предоставить на заседании. Конечно, основной вопрос был уже решен, и теперь дело осталось за малым. Но Гермиона не была бы сама собой, если бы расслабилась так быстро.
Что напрягало её больше всего, так это появившиеся красноватые следы на нежной коже шеи. Безусловно, они не были заметны, но для самой девушки — бросались в глаза поярче уличных светофоров. Поэтому с утра она благоразумно решила не привлекать внимания своим стилем, выбрав самый нейтральный из возможных оттенков — серый.
— Мадемуазель Грейнджер? Мы как раз ждали только Вас, прошу. — сегодня Министр Франции встретил её более дружелюбно, отодвигая предложенный стул и ожидая пока девушка медленно пройдет на место.
Это было странно. Гермиона на мгновение остановилась, осматривая зал и присутствующих ещё раз, словно опасаясь, что свернула не в то место. Что в целом, было бы неудивительным, учитывая что всё время своего пути она думала совершенно не о работе. Но после секундного замешательства, она приняла факт, что ошибки не было. Вот Рон, стоит с таким напряженным видом, словно понимает, что с ней что-то не так. Столько лет они были близкими друзьями, почти как семья и даже больше! Так что Уизли мог знать каждую её эмоцию наизусть. Гермиона нервно улыбнулась и постаралась отбросить все волнения, приветствуя всех присутствующих дружелюбным взглядом, но застревая на человеке, который даже не удосужился приподняться со своего места, приветствуя её. Малфой привычно сидел в своём кресле с таким видом, словно всё это Министерство принадлежало ему. И как только этот чёртов подонок мог выглядеть так? Весь в чёрном, он скорее был похож на мифическое существо, чем на простого волшебника. Бледная кожа и белые волосы создавали невероятный контраст, оттеняясь на фоне черноты, словно излучая свой магический свет. Он лишь посмотрел в её сторону, не скрывая довольной ухмылки.
Любое положительное впечатление стёрло, как волной цунами.
Гермиона сама резко осознала, что сходить с ума по такому человеку не имеет смысла. Слишком самовлюблённый для любого типа взаимоотношений. А то, каким он был ночью… Страстный шёпот Малфоя эхом отразился в голове, и у Гермионы невольно подкосило ноги, и жар накатил с новой волной от воспоминаний. Это было словно проклятие, отразить которое у неё не было навыков и сил. Те слова, что обрывками всплывали в её памяти, пожалуй, можно списать на воздействие алкоголя. Только вот на кого? На него? Или на её мозг?
— Доброе утро. Прошу прощения, я задержалась? — она постаралась сделать самый невозмутимый вид, занимая предложенное ей место и посмотрела на наручные часы, без пяти десять, она пришла даже раньше. Но почему же так вышло?
— Нет, что Вы. Пришли как раз вовремя. Мы ещё не начинали. — улыбнулся старичок, с которым вчера она так яростно спорила. Сегодня же на его лице не было и намёка на прежнее недовольство. Гермиону слегка покоробило.
— Отлично. Тогда, если теперь все здесь, начнем пораньше? — предложила она.
Шальная мысль о том, если она сосредоточится на работе, не отпускала. И эта надежда требовала своего воплощения, ведь может хотя бы так, она прекратит чувствовать этот острый взгляд холодных глаз, направленных прямо на неё. Она буквально чувствовала, как Малфой осматривает её снова и снова, словно лапая и раздевая прямо на глазах у всех конфессий! Тело бросило в жар и пот нервной дорожкой пробежался по виску. Это просто пытка какая-то! Его надменная и самая эгоистичная пытка.
— Что ж, думаю, что это будет самое выгодное предложение для каждой из сторон. Мисье Малфой? — после сорока минут обсуждений, споров и препираний, от который у Гермионы начала болеть голова, Министр Франции решил пойти на компромисс.
Даже не смотря на то, что мистер Хилл совершил большинство своих преступлений на нейтральной территории, никто не мог забыть, что другая часть находилась под юрисдикцией Французского Министерства, которое просто так преступление не прощало. Оставить их безо внимания французская сторона просто отказывалась, но приняла предложение принять на заседание Визенгамота относительно этого дела несколько французских представителей, которые смогли бы повлиять на рассмотрение преступной деятельности и нарушений.
— Думаю, что это будет идеально, Мисье Министр.
Гермиону снова передернуло, когда она увидела эту хитрую ухмылку и взгляд. Малфой никогда не был добряком, его умение изворачиваться и находить пути к отступлению удивляли её всегда. И пусть в детстве все его таланты сходили на идиотские шалости и попытки вставить им палки в колеса, периодияески весьма удачные попытки, то сейчас… Гермиона невольно начинала его опасаться. Малфой был умный, это и невооруженным взглядом видно. А ещё она прекрасно могла видеть, какую игру он ведет. Мало кто замечал из присутствующих в этом зале, но по факту Драко Малфой с самого начала толкал Министра к такому решению, изворачивался и ходил кругами, словно хищник, который загоняет добычу. Но отдавать Хилла под полное влияние французов не собирался с самого начала. И когда капкан захлопнулся, коварная улыбка сама расцвела на его лице. Это пугало.
— Тогда давайте скрепим наш договор?
Пугающая улыбка стала только шире, и Малфой медленно повернулся на кресле, вальяжно забросив руку за спинку и посмотрел прямо на неё.
— Подпишешь? Ты же знаешь, мне нельзя колдовать. — конечно, он лукавил. Волшебство относящееся к работе для него было допустимым, только вот в этой ситуации это не играло ему на руку.
Драко не любил, когда его обламывают, а сегодня утром Гермиона сделала именно это. Она словно заклеймила его прокаженным и сбежала. Такого он просто так забыть не мог. И воспользовался замешательством девушки в момент. Грейнджер вся встрепенулась и запустила руку в карманы, но в этот момент глаза её расширились от ужаса и понимания важного факта. Она снова посмотрела на Драко, видимо осознавая причину такого самодовольства. Руки сами начали судорожно рыскать по карманам, а в голове звучали молитвы ко всем известным и неизвестным богам.
«Господи, молю! Пожалуйста, пусть она будет со мной!» — внутренний голос просто орал во всю глотку, а снаружи лицо Гермионы становилось только белее.
— Гермиона, что-то случилось? Тебе плохо? Или ты не согласна? — вкрадчивый голос Рона только напомнил, что время шло, а ничего не менялось.
— Моя палочка… — выдохнула она.
— Что с твоей палочкой?
— Я её потеряла… — обреченность и полное бессилие. Такого не было никогда в истории волшебства, чтобы Гермиона Грейнджер теряла свою волшебную палочку. Это мог быть Рон, мог быть Невилл, но никак не она!
— Что? Где? Возьми мою. — предложил Уизли, Гермиона в этот момент снова посмотрела на Малфоя, который совершенно спокойно прокрутил между пальцев её волшебную палочку.
— Вот хорёк… — прошипела ведьма, ощущая как снова гнев всколыхнул душу, разжигая пламя ненависти.