— Огонь остаётся, но я чувствую, что остальное ослабло… — Всеслав передал факел Яру. Жрец бросил на него странный взгляд, но ничего не сказал. Через несколько мгновений в руках Всеслава вспыхнул ещё один факел. Вскоре лес закончился и перед ними предстал совершенно другой вид.
— Это болото, — медленно проговорил Всеслав, безразлично оглядывая топи. — Откуда здесь болото? Парень ничего про него не говорил, верно?
— Нет, — морщился Яр и спешился, — про грёбаное болото он ничего не сказал. Предполагаю, он не знал, что оно существует.
— Знал весь путь, но про болото нет? — пробормотал Всеслав и тоже слез с лошади.
— Это похоже на деяния богов... Возможно, с недавних пор боги хранят путь к своим заброшенным домам.
— Что теперь делать? Мы не можем вести лошадей через топь, — сказал Всеслав.
Яр, погладив свою лошадь по морде, отпустил поводья.
— Ветер, иди обратно, — скомандовал он к ней. Умные глаза создания посмотрели на жреца с тем пониманием, которое было только у самого преданного животного, и конь медленно развернулся, уходя ровно тем же путём, что и пришли они к топям.
— Терпеть не могу, когда ты так делаешь, — проворчал Всеслав и отпустил поводья своей лошади, — иди за ним.
Конь второго жреца, только лишь фыркнув в ответ, ушёл следом за Ветром. Яр хмыкнул и повернулся лицом к болоту.
— Тьфу ты, неблагодарная скотина, — пробормотал Всеслав.
— Слышал бы тебя сейчас Верховный жрец.
— Боги, — скривил лицо Всеслав, — не говори этого. Последний раз, когда он видел, что я ругался на лошадь, он велел отхлестать меня розгами. Я не виноват, что наше единственное священное животное не любит меня.
— Твой отец всё равно не допустил бы этого, — заметил Яр.
— И что? Дело в принципе, — вскинул голову Всеслав. Яр в ответ лишь покачал головой. Тьма опустилась на болото, и с затянутыми тучами, небом, свет быстро померк. Стоя на краю болот, жрецы не без удивления наблюдали за медленным распусканием Звёздного Света.
— Ах, так значит, здесь есть путь, отмеченный богами, — Всеслав присел возле Звёздного Света.
— Для кого тогда путь, если топь для охраны от людей? — подал голос Яр. Всеслав поднял на него глаза.
— Ты думаешь, тут ещё есть боги, — не спросил он.
— Подними факел повыше, цветок не светится, когда рядом есть источник света, — ответил вместо этого Яр. И действительно, когда свет от огня падал на цветок, тот сразу закрывался, пряча свою помощь. — Нам несказанно повезло, что мы прибыли сюда в сумерках, — продолжил Яр, — днём я бы не пошёл через топи. Особенно учитывая, что здесь обитает мавка.
— Мавка? — вскинулся Всеслав.
Яр задумчиво прищурился, вглядываясь вдаль. Неподалёку крикнул ворон. Оба жреца обернулись на звук, слушая, как к одинокому ворону присоединились другие.
— Ага. Одна точно есть. Ставлю твою силу, что это одна из жертв, — сказал Яр под скептическим взглядом Всеслава.
— Когда бедняку нечего ставить, он ставит свою душу.
Яр в ответ оскалил зубы и уже открыл рот, чтобы ответить, как вдруг резко замер.
— Там кто-то есть, — тихо сказал он и положил руку на рукоять клинка. Рядом с ним Всеслав вздохнул и сделал то же самое.
В этот момент произошло сразу несколько вещей.
Из темноты выпрыгнула мавка и опрокинула Всеслава назад, полностью уходя с ним под воду. Яр отбросил факел, огонь которого сразу погас и кинулся следом, но его опередило белое пятно, прыгнувшее прямо перед ним в воду точно в том месте, где пропал Всеслав.
— Мир! — рядом с ним раздался женский крик, и Яр увидел девушку с короткими чёрными волосами, что упала на колени перед водой. Через пару мгновений из-под воды появилось лицо бессознательного Всеслава, и Яр выдохнул, не осознавая, что задержал дыхание. Волхв в белых одеждах вынырнул следом, поддерживая жреца перед собой.
— Поймай Мавку, но не убивай её, — отрывисто бросил волхв Яру, продолжая выбираться из воды, пока девица протягивала ему руку, чтобы помочь.
Рядом с Яром раздался всплеск, и из воды снова выпрыгнула мавка. Волхв оттолкнулся от берега, крепко сжимая тело и не сводя глаз с мавки. Внезапно создание отвернулось от него и, развернувшись, направилось к девице. Выругавшись, Яр вздёрнул девицу за руку, оттаскивая её себе за спину и вынимая клинок из ножен. Увидев жреца, мавка замерла как вкопанная. Заволочённые белым маревом глаза её перебегали с волхва на жреца, а руки нервно сжимали траву на берегу.