Пропетляв немного по улицам, он, никем не замеченный, проскользнул в подворотню и, оглянувшись, вышел на менее людную улицу. Проходя мимо одного из домов, он заметил одиноко сидящего на крыльце ребёнка лет семи. Мальчик играл в Мельницу, расчертив поля прямо на земле перед крыльцом. Мир подошёл к калитке и, встав под сенью голой берёзы, сразу привлек внимание ребёнка. Любопытные карие глаза уставились на волхва, но мальчик не произнёс ни слова.
— Во что ты играешь? — спросил его Мир с улыбкой.
Ребёнок опустил взгляд на доску и что-то прошептал себе под нос.
— Я не расслышал, — сказал волхв. — Ты не мог бы повторить это для меня, пожалуйста?
Мальчик вскинул на него взгляд и испуганно огляделся по сторонам.
— Я сказал, что мне не разрешено разговаривать со служителями других богов, — чуть громче сказал он, снова опустив голову. Любопытство и страх столкнулись в его взгляде, а руки нервно сжали камешек.
Мир с понимающим видом кивнул:
— Ясно. — И чуть помолчав, добавил, — мы можем не разговаривать. Могу я просто сыграть с тобой?
Ребёнок поднял глаза на лицо волхва и, сжав губы, нерешительно кивнул.
Игра Мельница была очень распространена, и Мир совсем не удивился, увидев, что и здесь она пользовалась популярностью. Правила игры были достаточно простыми, чтобы даже дети могли научиться в неё играть. Хотя она и была очень азартной, Мир видел немало разбитых в пылу игры носов во время своих путешествий.
Для игры в Мельницу было необходимо игровое поле, представляющее собой три вписанных друг в друга квадрата с соединёнными линиями сторонами. Каждый игрок получал по девять фигур и вначале должен был выставить их на поле по одной на каждую свободную точку пересечения линий. Когда три фигуры вставали в ряд, то «строилась мельница» и игрок забирал чужую фигуру с доски. После выставления игроки двигали свои фигуры на свободные точки, стремясь «построить мельницу». Когда игрок терял все фигуры или не мог сделать ход, он проигрывал.
Мальчик использовал вместо фигур камешки и палочки. Не очень заинтересованный игрой или победой Мир, терпеливо ждал, пока ребёнок подумает над очередным ходом. Мальчик играл из рук вон плохо и, в конце концов, Мир со вздохом сказал:
— Так никуда не годится. Ты не сможешь выиграть, если не будешь думать хотя бы на один ход дальше.
Ребёнок поднял на него глаза, и лицо его расстроено скривилось.
— Тебе нельзя говорить со мной, — спокойно продолжил Мир, следя глазами за руками мальчика. — Но я ведь могу говорить сам с тобой, а ты просто оказался рядом.
В глазах ребёнка загорелась радость, и он, снова быстро оглянувшись по сторонам, выжидающе посмотрел на волхва.
Мальчик внимательно выслушал все инструкции и повторил за Миром, пока, наконец, не смог обыграть его. Он вскинул руку вверх и уже открыл рот, чтобы победно воскликнуть, но быстро пришёл в себя и прикрыл рот. Мир не обратил на это внимания, убрав камешки и палочки в сторону для новой игры.
— Мне интересно, — чуть тише сказал волхв, не поднимая глаз, — почему жители деревни так сторонятся волхвов. Люди отвернулись от богов?
Краем глаза он заметил, что мальчик напрягся от его слов и продолжил:
— Это очень страшный поступок, ведь гнев богов может быть очень сильным.
— Это не так! — прервал его мальчик испуганным голосом, и, совсем забыв про игру, он умоляюще посмотрел в лицо волхва, — мы просто хотели вернуть дар. А староста сказал, что волхвы и жрецы нам помешают.
Мир посмотрел на ребёнка, в уголках глаз которого собрались слёзы, и умиротворяюще улыбнулся.
— Тише, тише. Не надо плакать. Уверен, всё будет хорошо.
Но, как обычно это и бывает, ребёнок от его слов расстроился ещё больше. Слёзы катились по щекам, а слова лились неудержимым потоком вперемежку с заиканием:
— Я просто не хочу, чтобы кто-то ещё ушёл к предкам. Мама сказала, что это… что это очень хорошо, — ребёнок хватал ртом воздух, но Мир не останавливал его. — И я больше не могу получить братика или сестрёнку.