Летом этого года фон Хаген, вместе с другими северными князьями, будет участвовать в походе на Руян короля датского Вальдемара. Успешно разгромив Аркону - предпоследнее региональное святилище балтийских язычников (последнее - Ромов у пруссов) саксонцы получат долю в богатой добыче. А их герцог - нет.
Генрих Лев полагал, что раз они с Вальдемаром договорились делить пополам всё, завоёванное у язычников, то и во взятом на Руяне его - половина. Но поход был не войной, а полицейской акцией. Руян не завоёвывали, а помогали местным князьям, "принявшим руку датского короля", справиться с местными придурками.
Ссора между королём и герцогом случится знатная, хронисты об этом - взахлёб. Я про это уже...
Среди пострадавших окажутся и северные князья. Вот этот фон Хаген. "Без вины виноватый". Впрочем, "гроза минует": король с герцогом помирятся. Гнев герцога на неверных вассалов, выступивших под знамёнами короля-обманщика пройдёт. Фон Хаген будет (в РИ) участвовать в знаменитом паломничестве Генриха Льва 1172 г. Затем ещё лет пятнадцать графствовать в Шверине. Потом это же долго будут делать несколько из его многочисленных сыновей.
Так в РИ. В АИ... две столь выдающиеся женщины просто не могли не изменить судьбу подобного яркого персонажа.
-- Я рада познакомится с храбрым воином. Мне близка и понятна любовь к родине. Какие дела привели вас из недавно полученного Шверина сюда?
-- Меня оболгали. Множество моих недоброжелателей метят на моё место. Они завидуют моим победам и наградам, данным мне герцогом. Говорят, что я слишком жесток, что моё стремление к соблюдению закона и установлению порядка препятствует обращению в истинную веру заблудших душ. Обвиняют даже в казнокрадстве! Меня! Не жалевшего сил, даже и жизни своей для процветания и благоденствия Саксонии!
-- Моё слово ещё мало что значит в Саксонии, граф. Но приязнь к патриотам Вестфалии... Я постараюсь что-нибудь придумать.
Вот человек. С такими свойствами. Храбрый воин, успешный полководец, энергичный администратор. Бессердечный судия, безжалостный каратель. Жестокий настолько, что и свои, саксонцы, церковники, которых его казнелюбие лишает душ для обращения в истинную веру и доходов "к вятшей славе Господней", жалуются герцогу, просят унять "кровавого графа". Как же не использовать такого выдающегося человека? Только цель ему нужно поставить... полезную.
Дальнейшее продвижение каравана, по счастью, происходило без столь ярких событий. Ломались повозки. Дважды - собственная карета герцогини. Одного её человека задавило телегой, другого зарезали. Генрих предлагал взять слуг из саксонцев, но герцогиня скромно воздержалась.
Софья, перебирая среди кинувшихся к ней за рекомендацией на место бетмана, нашла, кажется, нечто годное. Чем и подтвердила своё значение при дворе. После чего провела ещё пару замен в ближайшем окружении господина, рассаживая "своих" людей.
Рада дважды приняла роды у благородных дам, следующих с караваном. Успешно. Два крепеньких карапузика составили ей репутацию "счастливой руки".
Отличился Ивашко. Проходя по улице в Ганновере, он услышал как в питейном заведении обижают Конрада. Трое здоровенных ганноверцов с обнажёнными мечами заставили, ради смеха, парня лезть под стол и там кукарекать.
У старшего сотника два больших недостатка: маленький запас туземных выражений. Которые он использует... неуместно. И заколдованная сабля. Которая - наоборот. Аборигены последовательно познакомились с обоими.
Был суд. Родственники покойников требовали казни инородца. Но Шульц оказался знатоком не только земельного, но и уголовного права. А уж в суде герцога, который в месте своего пребывания есть главный судья...
***
"Проповедуя чувства человеколюбия, повелевая любить даже ненавидящих, христианская церковь смотрела на право обороны, как на необходимое зло. Убивший при самообороне нарушил все-таки божеский закон и рассматривался, как грешник, и потому подвергался церковному покаянию. Запрещая ценой жизни защищать имущество и рекомендуя бегство в случае опасности, каноническое право разрешало, однако ж, защищать постороннее лицо, при чем оправдание к этому находило в поступке Моисея, убившего египтянина при защите единоплеменника".
Саксонское право движется в сторону сборника императора Карла V - Каролина (одобрен Аугсбургским и Ратисбонским сеймами в 16 в.).
Ст. 139 Каролины: "Кто для спасения своего тела, своей жизни противопоставляет защиту, при которой убивает нападающего, тот ни перед кем не отвечает". Оборона законна, если нападающий вооружен и нападение незаконно.