Мужчина, сделав еще десяток резких рывков в обезумевшую и обливающуюся слезами девушку, остановился, а Амидала еще продолжала конвульсивно дергать бедрами. Такого удивительного секса у нее не было давно. Да, наверно, никогда не было. То ли дело в накопившемся стрессе, то ли в недавней контузии и ее лечении, но сегодня Падме отрывалась по полной, за что была щедро вознаграждена.
Уже просто лежа в кровати и обнимая своего любовника, Амидала внутренне холодела, понимая, что натворила. Ян-то не знает, что она замужем, но от самой себя правды не скрыть. Не прошло и двух месяцев, а она уже изменяет. Может, права была Шелтей, которая на днях сказала, что женщины всегда смешивают любовь с жалостью. Падме искренне сочувствовала Энакину. Он родился в рабстве, по счастливой случайности вырвался из него, не успев почувствовать всех горестей бытия рабом, потерял мать. Но судьба Яна тоже далеко не проста. Проклятые материнские чувства! Ей совершенно точно нужно было завести ребенка еще в восемнадцать лет.
Тем более, как выяснилось, окончания внутрь ее невероятно возбуждают.
Конечно, сейчас она была на противозачаточных после выходки мужа, поэтому позволила себе такую беспечность с Яном, но Богиня, как же это было прекрасно!
— Думаю, об этом никто не должен знать, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Лаго, нарушая тишину.
Радуясь тому, что мужчина сам пришел к этому выводу, Амидала лишь подтвердила, попытавшись высказать более-менее убедительные факты в пользу этого решения:
— Да, желательно. Ты прокурор, я сенатор. Не время для таких союзов.
— И неизвестно повториться ли это вновь.
Что-то внутри Падме болезненно сжалось, а мысли панически заметались. Несколько секунд она боролась сама с собой, а ее руки автоматически блуждали по телу мужчины.
— Ты слишком хорош, чтоб закончить на этом, — все же выдала она в результате внутренней борьбы. Чувство при этом было, словно она сама только что сбросилась в бездонную пропасть.
— Хо, какой комплимент, — шутливо проворчал Ян, прижимая ее к себе и целуя в губы. — Ты так уверена, что лучше девочек из борделя, и я готов бегать к тебе ради секса.
Пораженно замерев от подобных слов, Падме в возмущении поднялась и нависла над мужчиной.
— Что это значит, а?
— Ну, знаешь… У тех девочек много рабочих дырочек, они всегда учтивы, не дерзят, — начал перечислять Ян. — И еще у них очень милые наряды.
Надменно сузив глаза, Падме решительно пихнула любовника в бок, зло прошипев:
— Ну-ка брысь с кровати! Вон!
— Что, даже не одевшись?
— В смысле, не одевшись?! Ты что, куда-то собрался?! — еще больше разозлилась Амидала. — Вон с кровати. Стой в том углу. Сейчас я покажу тебе милую одежду!
Сегодня выходной. Энакин крифф знает где и на Корусанте точно не появится в ближайшее время, а если и появиться, то в ее квартиру не попасть и джедаю — корпускулярные щиты не пустят его внутрь, а подаренная Райо пара исаламири защитит от Силы.
Решительно направившись к комоду и на ходу стирая натекшие соки и сперму с ног трусиками, Падме небрежно порылась по ящикам, разбрасывая аккуратно сложенное дроидами-слугами нижнее белье. Наконец, остановившись на наиболее привлекательном по ее мнению комплекте, она торопливо надела его, нашла чулки и натянула их. После этого метнулась к шкафу и нашла там туфли на самом высоком каблуке. Еще минута и Падме была готова к бою.
Небрежным и надменным жестом смахнув с лица упавшие на него пряди парика, она, сексуально покачивая бедрами, медленно, модельной походкой направилась к мужчине, строго сказав ему: