— Да, — кивнула Бана. — Лучше уж пусть клоны будут на передовой или отдыхают от сражений в нормальных условиях.
— Я бы не отказалась отдохнуть на Орто-Плутония, — грустно сказала Райо. — А кого еще сегодня пригласил Фило? Обычный состав?
— Да, Органа, Амидала, Фарр, Робб, Паулнес, Руд и Джакер-Сун. Сегодня перед заседанием они хотели окончательно утвердить свою позицию: отвергать билль или требовать поправок.
— Замечательно. Попробуем убедить их пойти на компромисс, — не то после взрывов в Административном районе они своим протестом ничего не добьются: сенаторы в любом случае примут этот закон.
Хотя и перечисленных сенаторов можно понять. Больше половины из них — это представители Совета нейтральных систем. Не смотря на объявленное нежелание участвовать в войне и введенные в связи с этим санкции, исключить их из Сената никто не мог, так как Нейтралы все еще являлись частью Республики. И предлагаемый закон о расширении полномочий Службы безопасности, почти со стопроцентной вероятностью будет использоваться против них.
По пустынным коридорам Администрации Сената Райо с компанией без задержек добралась до нужного атриума. За некоторое время до заседания Сената это здание всегда кажется безлюдным. Многие собираются в основном корпусе Сената, другие усилено готовятся к выступлению, кто-то до последнего вносит правки в законы, панически наблюдая за стремительно убегающим временем. В общем, работа кипит, до обеда еще не скоро и все полны энергии.
— Сенатор Чучи, просите, не смог с вами связаться, — произнес сенатор-гран. — Сенатор Бриму, вы тоже собираетесь поучаствовать в нашей беседе?
— Да, сенатор Фило. Думаю, я смогу вам помочь взглянуть на закон глазами оппонентов и найти точки соприкосновения.
— Политика — это искусство компромисса, не так ли? — напомнила коллеге Райо.
Эту простую истину сенатор Фило всегда воспринимал с трудом, до последнего настаивая на своем. Кажется, в последние годы у него слишком повысилось чувство собственной важности.
— В этом случае я не вижу возможности для компромисса, — безапелляционно заявил гран. — Попираются сами основы Республики, этот закон нарушает конституционные права и свободы граждан. Предлагаете вновь нам изменять Основной закон?
— Все течет, все меняется, — с загадочной улыбкой произнесла Бана. — Тяжелые времена требуют соответствующих решений.
— Во все времена основы должны оставаться неприкосновенными! — патетично сказал Бейл. — Право на неприкосновенность частной жизни не должно быть попрано в любые времена. Мы не можем позволить канцлеру протащить этот вариант закона.
— Однако закон все равно будет принят, — напомнила Падме. — Я лично пережила теракт, я видела, что там произошло. А так же видела, как канцлер приводил на место трагедии сенаторов. Так что могу с уверенностью сказать, что закон неизбежно примут. Нам нужно найти приемлемое решение.
— Какое может быть приемлемое решение в данном случае? — спросил сенатор Руд и сам же предложил ответы: — Ограничение срока действия данного закона? Контроль за ним со стороны Сената.
— Как вариант, я предложила бы ограничить закон военным положением, — высказалась Робб. — Период действия его лишь до окончания войны.
— Этому начнут препятствовать, — покачала головой Бриму. — Потому что после войны, закон может принести наибольшую пользу. Тогда остатки сепаратистов как раз начнут вести террористическую и подрывную деятельность, потому что для открытой войны ресурсов уже не будет.
— Я бы предложила назначить контролирующий комитет, — высказался Органа. — По сути нынешнего билля, Верховный канцлер сам может назначать подозрительных лиц, за которыми нужно вести пристальное наблюдение. Однако мы можем прописать согласование кандидатов на слежку, например, Комитетом безопасности. Но и ограничение времени действия закона целесообразно.
— А на чем канцлер собирается основывать перечень подозрительных лиц? — спросил Фарр. — На данных разведки? Но сейчас вся разведка, в связи с военным положением, под контролем Комитета обороны и лишь потом Палпатина.
— Возможно… — начала было Падме, но договорить ей не дали звук раскрывшейся двери в атриум и бластерные выстрелы.
К счастью, стреляли в потолок.
— Доброе утро, сенаторы! — механическим голосом произнес незваный гость в широкополой шляпе, широком плаще, с бластером в руке и дроидом-часовым из серии IG за спиной. — В силу чрезвычайных обстоятельств, вы в моей власти. Не рыпайтесь, и все закончиться быстро и безболезненно. Не дергайтесь, и все скоро разрешится.