Широкая улыбка, которой Лувиньи встретил ее, сменилась гримасой.
— Только я обрадовался столь приятной встрече с вами, как вы уже прогоняете меня? Как немилосердно! Что касается принца, то он вовсе не при смерти, а мне хотелось увидеть Шале!
— Мне тоже, представьте себе! Так что простите, но я вынуждена похитить его у вас! Я возвращу его вам ровно через минуту.
— О нет! Я предпочел бы, чтобы вы отослали его и сами вернулись ко мне!
— Посмотрим!
Она увлекла своего пленника в проем одного из окон и накинулась на него, стараясь говорить как можно тише:
— Я жду объяснений! Что вы здесь делаете?
К удивлению молодой женщины, он нисколько не смутился:
— Вы же видите! Сегодня утром я не мог уехать вместе с остальными, было мое дежурство, и я полагал, что вам это известно.
— Конечно, но разве мы не договорились?
— Знаю, однако вам следует доверять мне! Конечно, мы не можем рассчитывать на принца, но его люди в лесу, где они должны провести весь день. Я присоединюсь к ним, как было условлено!
Достойное объяснение, но оно все же не успокоило Марию. Ей вовсе не нравился его непривычный тон, в котором ей послышалась неловкость. Шале что-то скрывал от нее, и она очень хотела бы знать, что именно, но она не успела задать свои вопросы: немолодой мужчина благообразного вида направлялся к ним с видом человека, нашедшего то, что он искал. Шале очень быстро бросил:
— Сюда идет мой дядя, командор де Валанса. Расстанемся! Я заеду к вам нынче ночью.
— Меня бы это удивило! Я проведу эту ночь у королевы, а завтра, быть может, мне будет неприятен ваш визит!
Во взгляде молодого человека промелькнул ужас:
— Отчего вы так жестоки? Я исполняю вашу волю, и вы знаете, как сильно я люблю вас.
— Это все слова, мой милый! Я жду от вас действий, иначе…
Больше она ничего не сказала, лишь, раскрыв висевший у пояса веер из слоновой кости, помахала им, словно желая прогнать неприятный запах, после чего повернулась спиной с огорченному поклоннику и удалилась, грациозно покачивая бедрами.
Остаток дня протекал без происшествий, но ночь показалась нескончаемой. Королева приказала приготовить в своей спальне постель для подруги — неслыханная милость, вызвавшая кислые мины у многих и явное удовлетворение у мадам де Конти. Последней гораздо приятнее было знать, что ее золовка находится в безопасности в замке, нежели сидит одна в удаленном особняке, где с ней может случиться все, что угодно, когда станет известно о смерти кардинала. Все это не помогло, однако, Марии уснуть. Ни она, ни королева не сомкнули глаз, непрерывно думая о драме, которой предстояло разыграться в замке Флери, затем, после полуночи, ожидая шума, крика или хотя бы стука копыт, когда гонец прискачет к королю, чтобы сообщить, что у него больше нет его министра.
Ночь выдалась тягостно-спокойной, пока на рассвете дворец не начал потягиваться, пробуждаясь. У Анны Австрийской утро началось, когда мадам де Бельер, горничная (и участница заговора!), ходившая разведать обстановку на половине короля, примчалась, задыхаясь:
— Карета кардинала! Только что въехала во двор!
— Он там? — спросила Мария. — Или приехал секретарь?
— О нет! Это он! Он направляется не к королю, а к принцу!
В самом деле, Гастон Анжуйский, который еще находился в полусне в собственной постели, решил, что видит дурной сон, когда Ришелье вошел в его спальню и с улыбкой, по-отечески пожурил за то, что он скрывал, что ему так нравится замок Флери!
— Ваши люди объявили мне, что вы собирались заехать ко мне поужинать, монсеньор, и мне очень жаль, что неожиданная болезнь помешала вам доставить мне это удовольствие. Но не беда! С этого момента Флери ваш!
— Но как же вы, господин кардинал?
— О, не беспокойтесь! Неподалеку отсюда у меня есть другой загородный дом…
С этими словами он попрощался с Его Высочеством и отправился к королю, чтобы объявить о своей отставке, которая немедленно была отклонена. Что же такое произошло?
Просто-напросто юный Шале страдал недопустимым для заговорщика недостатком: у него был слишком длинный язык. Он был не в меру болтлив. К тому же, простодушный и нерешительный, он усмотрел в требованиях мадам де Шеврез (в которую действительно был влюблен!) способ реализации предсказаний астролога, который на основании его гороскопа заключил, что он будет чрезвычайно богат и могущественен или же отвратительно жалок. Веря в первую часть предсказания, юноша не удержался и рассказал своему дяде Ахиллу д'Этампу, командору де Валанса, что благодаря высокопоставленным друзьям он наверняка добьется в результате падения Ришелье высокого военного чина и бесчисленных почестей.