— Ты не забеременеешь? — весьма вовремя вспомнил я о предохранении.
— Сама — нет, в этом мне нужна помощь и суррогатная мать. Но у меня теперь есть твоя сперма. Чисто теоретически я могу сделать и вырастить плод твоего ребенка. Ты хочешь детей?
— Нет, — честно ответил я. — А ты хочешь?
— Я хочу ноги. Хочешь, я покажу тебе их?
Через десять минут я нес Бьянку на руках в лабораторию доктора Ли — смотреть на ее выращенные ноги. Она набрала код на одной из дверей, отвернув мое лицо, чтоб я не подсматривал. Мы вошли в длинное полутемное помещение. Свет зажигался над нами только там, где мы шли. Я не смотрел по сторонам, мне важно было не упасть. Голова кружилась или от наркотика, или от того, что я не прошел адаптацию после боя.
— Стой! — приказала Бьянка. — Вот они.
В аквариуме в прозрачном геле находилась пара белых женских ног. Меня затошнило. Я оглянулся и усадил Бьянку на передвижной столик, так кстати кем-то здесь забытый.
— Мои ноги! Правда, они прекрасны? — улыбнулась Бьянка, и тут я заметил, что ее рот не такой уж и маленький. Как так получается?
— А как ты лишилась своих ног?
Понимаю, что вопрос бестактный, но почему-то с этим наркотиком тянет говорить правду.
— Мать родная отрубила.
На миг мне стало страшно. Не унаследовала ли Бьянка характер матери, и не захочет ли она что-то отрубить мне?
— Что вы здесь делаете? — голос доктора Ли прервал мои мысли о матери Бьянки.
— На мои ноги смотрим, — гордо сообщила ему девушка.
Я обернулся. Доктор Ли быстро приближался к нам в сопровождении нескольких роботов. Короткая перепалки врача и пациентки, и я усаживаю ее в инвалидное кресло. Нести Бьянку доктор мне запретил. Я еще не восстановился. Знал бы он, как мы проводили время с его пациенткой, он был бы вообще в шоке.
Мы пошли на выход, я держал Бьянку за руку, а она показывала мне некоторых животных в аквариумах, стоящих вдоль стен. Уже свернув к двери, я услышал шипение где-то вдалеке.
— Ванюшшша. Ванюшшша.
Я узнал этот голос. Рино. Рино же здесь!
Почему среди аквариумов?
Бросив руку Бьянки, оттолкнув в сторону доктора Ли и его роботов я побежал на шипящий голос.
В большом террариуме ползала толстая трехметровая змея. Толстая это не то слово. Она была сантиметров двадцать пять в диаметре. Но страшнее всего была ее голова. Это была голова Рино.
— Ванюшшша. Ванюшшша.
Глаза бессмысленные. Он не видит меня и не узнает. Я стучу по стеклу. Зову его по имени, а реакции нет.
— У него еще срабатывают какие-то инстинкты. Он что-то узнает, но редко. Вот, узнал твой голос, но не тебя, — рассказывает подошедший ко мне доктор Ли. — Пойдем, не будем его тревожить, — доктор Ли тянет меня за рукав.
— Ложшшь, — прошипел Рино.
— Это Вы с ним это сделали? — наркотик еще бродит во мне, но он не такой силы, чтоб я отличил бред галлюцинации от правды.
— Нет. Это мутация. Я ничего не могу сделать, мозг деградировал, тело мутировало.
— Ложшшь!
— Если я заработаю на тело синтетика, его можно будет вернуть в человеческий облик?
— Нет.
— Тогда за что вы взяли с Блюки деньги, вогнав в долг меня?
— Я пытался его вернуть. Не вышло.
— Вы за неудачные операции тоже берете деньги?
— Да.
— Я верну вам долг, но не останусь здесь ни на минуту.
— Имеешь право.
— Следуйте за мной, — пискнул находящийся рядом робот и поехал впереди меня.
Глава 15
Подходя к дверям, я понял, что сглупил. Уходя из дома доктора Ли, я потеряю связь с Бьянкой и никогда больше не увижу Рино. Ведь остается шанс, что доктор мне соврал, и это не мутация, а его рук дело. А Бьянка. Бьянка. Если судьбе будет угодно, то мы встретимся.
— Мой аэромобиль, — вспомнил я, когда передо мной открылись двери.
Робот на минуту замер и повел меня на улицу. Мы стояли под навесом, ждали, я ежился от холода и сырости. Маски на мне не было, и я дышал кислым ядовитым воздухом Моры. Под навес нырнул аэромобиль, до неузнаваемости переделанный Магдаленой, робот охраны передал мне управление, я сел за руль и вынырнул из резиденции доктора Ли в открытое для меня окно.
Снова унылые ландшафты, лабиринты улиц, хмурые очертания зданий и защитных куполов. Не думал я, что так надолго задержусь на этой планете, где даже солнце непонятно какого цвета, потому что никогда не показывается из-за облаков.
Пару минут спустя активировалась внутренняя рация.
— Айван? — мурлыкнули динамики хрипловатым голосом Магдалены.
— Привет, барменша, — я улыбнулся. Приятно было ее слышать.
— Включи навигатор, я продиктую координаты.
Я включил автопилот, аэромобиль направился сквозь водяную взвесь в окраинам города. Через полчаса я уже пил пиво в обществе жены Блюки.
Ангар, куда я залетел, снаружи выглядел как куча мусора, но изнутри это был подземный гараж на несколько аэромобилей. Достаточно просторный, чтобы сюда мог сесть и маленький космический катер, если бы у него отстегивалась кабина.
Вдоль стен гаража были расставлены пожаропрочные шкафы, сейфы и контейнеры, в которых обычно перевозится ценный космический груз. Сами мы сидели на диване в небольшой каморке, отделенной от общего зала толстым армированным стеклом.
— Что это за убежище, подруга?
— Бывший схорон старых контрабандистов Моры, к коим принадлежал и мой дед. Впоследствии отец использовал это помещение как мастерскую, если надо было над чем-то пошаманить. Можно сказать, что на этом диване я провела свое детство. Что случилось с женщиной, родившей меня, отец никогда не говорил, и таскал меня всюду за собой, пока очередная из его пассий, не устроила меня в приличную школу, а там и в академию. Вот ту женщину я и зову своей матерью, хотя она продержалась с отцом всего несколько месяцев.
— Я так понимаю, что отца уже нет, а с ней ты еще общаешься?
— Правильно понимаешь, Айван. Она удачно вышла замуж, живет в столице, имеет связи. Так что твою задницу, на которую ты вечно ищешь приключения, я смогу прикрыть.
— Вопрос — что я должен за это сделать? Прости, Магдалена, но я понял, что на Море все не просто так.
— Мия Милано тебя все равно найдет и заберет к себе. Этому никто не сможет помешать, даже военные. И вот когда ты будешь работать на нее, постарайся узнать об одном человеке. Он вышел из дома, чтобы сесть в свой аэромобиль и поехать в больницу. В руках у него была переноска с детьми. Вышел и исчез. Единственная работающая камера была установлена на соседнем доме, и вот по видео с той камеры — он открыл заднюю дверь, чтобы поставить внутрь переноску, и в это время мимо прокатил грузовик, принадлежащий компании Мии Милано. Две секунды мужчины с детьми не было в поле видимости. Всего две секунды — и все трое исчезли.
— Я же не полицейский, и не детектив. Почему ты просишь решить эту проблему именно меня?
— К Мие просто так не попасть. С ней люди работают десятилетиями и новобранцы взяты из сиротских домов, расположенных под ее куполами. Новеньких подпустят только к ее людям, но не к ней. Единственный шанс — бойцы ринга, это ее слабость, но она их контролирует или химией или нанороботами. Перевербовать невозможно, предателей нет.
— Когда он пропал? И вообще кто он?
— Вся информация на планшете, — Магдалена протянула мне карандаш, который держала все время в руке. — Знаешь как этим пользоваться?
Она ногой придвинула к нам журнальный столик, начертила на его поверхности прямоугольник и, в появившемся поле белого листа, написала имя — “Ка Бо”. Открылось несколько папок — результаты расследования, переписка с чиновниками, видео.
Меня больше заинтересовала папка “Помощь”. Отобрав у Магдалены карандаш, я ткнул в нее. Открылись маленькие фотографии с именами.
Внезапно я увидел фотографию Марко. Ткнул в нее и фото развернулось на весь экран. Имя “Марко” взято в кавычки, значит это кличка, позывной, а дальше идет предположительная информация — возможно, военный, возможно, с дипломатическим паспортом, возможно, с мультигражданством Объединенных систем, возможно…