Тогда существа, обитавшие на шаре, несущемся вокруг центра этой планетарной системы, выглядели по-другому. Они могли дышать атмосферой планеты, испытывать притяжение, касаясь поверхности замысловатыми отростками, и, конечно, наслаждаться лучами родной, самой близкой звезды.
Теперь всё изменилось. Звезда угасла, а жители планеты смогли эволюционировать, трансформироваться и в итоге – не просто выжить. Они стали сгустками мыслящей энергии, открывая для своей цивилизации новые горизонты познания и возможностей.
Всю эту информацию Хит получал неосознанно, словно кто-то подсоединил его к каналу, и она вливалась в него стремительным потоком.
И вдруг увидел яркий, разноцветный луч, выстреливший из планеты, ударивший в тёмную, остывающую звезду, и понёсшийся в глубины далёкого космоса. В то же мгновение сознание Хита слилось с этим лучом, и он почувствовал, как стремительный поток увлекает его куда-то далеко. Очень далеко. Туда, где его родная планета и звезда Солнце.
И вот, приближаясь к знакомой бушующей сфере, Хит увидел «Ярл-04», и даже себя в нём, хотя абсолютно не понимал, как такое возможно через прочнейшую обшивку исследовательского челнока. Через секунду он догадался, что видит не своими глазами, а органами чувств существа, в оболочке которого путешествует.
И ещё: он не просто увидел себя на борту челнока, а каким-то образом почувствовал разум человеческого существа, его бьющееся сердце и какой-то внутренний магнит, притягивающий к себе. Что-то, излучающее чарующий, мерцающий свет, играющий полутонами различных цветов.
«Душа», – почему-то подумал Хит. И тут же понял, что так подумал именно он. А тот, внутри которого он находился, резко метнулся в сторону челнока, прошёл сквозь обшивку, словно та отсутствовала вовсе, и влетел прямиком в голову учёного-астронавта Хита Флигла. В его голову.
Перед глазами возникла темнота. Информационный поток прекратился. О том, что с ним происходило дальше, он лишь догадывался.
Хит поднял веки, обвёл взглядом всё тот же медицинский бокс, пытаясь найти подтверждение реальности происходящего.
– А потом я разгромил пульт управления?
– Верно, – ответил голос.
– Но я думал, что мозги челнока испортил гравитационный поток, неизвестно откуда взявшийся.
– Он действительно был. Именно в нём я и прибыл к вашему Солнцу. Оказался в твоей голове, голове представителя разумной жизни, и заставил действовать в своих интересах. Так нужно было мне, чтобы сработала автоматическая система эвакуации челнока, который гарантированно доставил бы тебя на родную планету.
– Значит, мне всего лишь казалось, что электроника вышла из строя, в то время, как я громил пульт управления… Ты способен мной управлять?
– Да. Вытяни вперёд руку.
– Зачем?
– Я покажу.
С неохотой Хит вытянул единственную руку перед собой.
– Пошевели пальцами, – предложил голос.
Хит напрягся, но ничего не получилось.
– Не могу.
– Это простой пример. Теперь ты зависишь от меня. Но я хочу, чтобы ты не боялся этого, – очень мягко, с отеческой добротой говорил голос. – У твоей несвободы есть цена, которую я готов заплатить, и ты не будешь чувствовать себя несчастным или ограниченным. Надеюсь, я достаточно верно использую слова и определения для того, чтобы убедить тебя. Я готов предложить сотрудничество, которому ты будешь рад, ведь это предложение, которое не получит ни один житель твоей планеты. Только ты. Ты станешь уникальным, Хит.
И в этот момент учёного передёрнуло от нахлынувшей злости.
– Почему у меня осталась только правая рука? Что ты сделал с моими конечностями? Может, это ты их сожрал, ублюдок? А сейчас мне пытаешься прополоскать мозги каким-то предложением!
Ему показалось, что он кричит во весь голос, но нет. Весь диалог шёл исключительно в голове. Рот всё это время был плотно закрыт, а рука торчала перед ним, будто пыталась дотянуться и погладить какое-то невидимое животное. Теперь он не мог её даже опустить. Он её вообще не чувствовал.
– Чёрт! Отпусти мою руку! – вскрикнул Хит.
– Конечно, – и рука плетью упала на подлокотник кресла. – Я должен попросить прощения. Так у вас принято говорить?
– Смотря, на счёт чего ты собрался просить прощения…
– Я расскажу. Ноги и левую руку ты съел сам. Но в этом часть и моей вины.