— Достань из тумбочки смазку и презерватив, — не отрываясь от каменного стояка, бросил Бён.
Чанёль больно ударил палец, пока пытался выдвинуть ящик, но наконец искомые предметы лежали в его ладони. Кинув их брюнету, он вновь обесиленно опустился на подушку и прикрыл глаза.
— Надеюсь, ты не сделаешь меня пассивом?
— Я не предоставлю тебе такого удовольствия, — стягивая намокшие от естественной смазки трусы, хохотнул Бэкхён.
— Это так приятно? — любопытно сверкнул глазами Чанёль.
— Как-нибудь попробуем, — подмигнул брюнет, разрывая упаковку презерватива и надевая резинку на член Чанёля. — Отвернись, пожалуйста.
— Что? — Пак непонимающе уставился на неожиданно смущённого Бэкхёна, даже сел от изумления, не обращая внимания на стоявший член.
— Мне надо подготовиться, придурок! — рыкнул Бён.
— А отворачиваться при этом обязательно?
Брюнет непонимающе смотрел на парня, явно ждавшего ответа, а затем нехотя признался:
— Просто Ифаню было неприятно смотреть на растяжку. Тао вообще о ней никогда не заботился. А когда я шёл в клуб, то делал это заранее.
— Перестань говорить про других мужиков. Я — не они!
Психанув, Чанёль уложил Бэка на лопатки и сосредоточенно выдавил на пальцы немного смазки. Прижав свободной рукой трепыхающееся тельце к матрасу, Пак пристроился между широко раздвинутых ног и предвкушающе улыбнулся, глядя на сжавшееся колечко мышц.
— Начинают с одного? — уточнил он на всякий случай.
— Дай я сам! — продолжая ёрзать, захныкал Бэк.
Но когда длинный палец начал медленно протискиваться вглубь тела, брюнет замер и широко распахнул ресницы, прислушиваясь к незнакомым ощущениям. Сердце стучало слишком быстро, на висках выступил пот, а незнакомый палец уже вовсю двигался внутри, скользя по узким гладким стеночкам.
— Второй можно? — сосредоточенно пыхтя, поднял голову Чанёль.
— Только медленно, — облизнув губы, кивнул парень.
Неумелость Пака с лихвой окупалась самоотдачей. Он долго менял угол проникновения, разводил пальцы в стороны, слепо тыкался и, наконец, был вознаграждён сладким стоном Бэкхёна и судорожно подкинутыми вверх бёдрами.
— Нашёл! — улыбнулся Чанёль, принявшись ритмично надавливать на комок нервов.
— Ещё минута, и я кончу прямо так, — хрипло отозвался Бэк.
Решив, что дальше тянуть просто некуда, Пак вытащил пальцы и приподнял ноги Бэкхёна, пытаясь сообразить, как удержать его в таком положении и наименее безболезненно войти. Додумавшись отпустить одну ногу, а вторую закинуть себе на плечо, он приставил член к растянутому входу и принялся медленно толкаться, ежесекундно наблюдая за сменой эмоций на лице брюнета.
— Всё хорошо, Бэкки? — войдя полностью, спросил он у тяжело дышащего парня.
— Двигайся уже, Чанни, — слабо улыбнулся Бён.
Первые толчки давались с трудом, но вскоре Чанёлю удалось выровнять темп и уже размашисто входить в распалённое тело Бэка. Брюнет громко беззастенчиво стонал, подавался навстречу, скользя шикарной задницей по длинному члену.
И это было настолько крышесносно, приятно и правильно, что Чанёлю было откровенно плевать, что его Бэкки не девушка, а сам он, как бы, гей. Да какая разница, если им обоим хорошо друг с другом? И не только во время секса.
Бэкхён кончил, стоило горячей ладони Пака коснуться головки его члена. Сам Чанёль сорвался следом через пару рваных движений внутри расслабленного тела.
Устало опустившись на подушку, он, не снимая презерватив, вытащил из-под них одеяло и заботливо укутал брюнета. Тот неожиданно взбрыкнул и отвернулся к стене, пыхтя сердито и обиженно. Не сказав ни слова, Чанёль ушёл в ванную, где выбросил презерватив и быстро принял душ. Прихватив с собой влажное полотенце, вернулся в спальню и недоумённо уставился на сопевший всхлипывающий комок под одеялом.
Ступая неслышно, Пак подобрался вплотную к кровати и осторожно приподнял покрывало, увидев зарёванное лицо Бэкхёна.
— Уйди! — всхлипнул он, уткнувшись в подушку.
— Почему ты плачешь? Тебе не понравилось? — забеспокоился Чанёль.
— А ты доволен? Иди, хвастайся, что трахнул шлюху Бэкхёна! — заорал брюнет, но тут же глухо простонал. — Боже, Чанёль, что ты со мной делаешь? Я же сто лет не плакал, не закатывал истерики, не выяснял отношения. Почему я теперь похож на размазню?!
— Поплачь, будет легче, — посоветовал Чанёль, выпутывая своего Бэкки из одеяла.
Пока тощее тельце безутешно рыдало, вместе со слезами избавляясь от накопленной долгими месяцами боли и невысказанных страданий, Пак между делом оттирал с живота засохшую корочку спермы и думал над тем, что неплохо было бы перевязать голову. Но это всё потом, а пока пусть Бэкхён наплачется — Чанёль точно знал, что ему полегчает.
Перетащив на себя брюнета, он долго укачивал его в объятиях, с удовлетворением отмечая, что парень постепенно успокаивается и приходит в себя. Сонно умилительно зевнув, он поднял на Пака заплаканные глаза и провёл ладонью по влажной от слёз груди.
— Ты не уйдёшь? — хрипло шепнул Бэк.
— Только если сам прогонишь.
Бэкки с улыбкой мотнул головой и коротко поцеловал Чанёля.
— Я кушать хочу!
— И я!
— М-м, тогда готовь ужин и неси мне в кровать. У меня, знаешь ли, травма, так что я нуждаюсь в абсолютном покое!
Пак легко повёлся и торопливо поднялся, пытаясь отыскать в шкафу чистые трусы. Прибежав на кухню, вспомнил, что готовить не умеет от слова «совсем», тем более, даже не представляет, что хотел бы съесть Бэкхён.
Заглянув в спальню, он замер и облизнул пересохшие губы — Бэк спал там же, где Чанёль его оставил, а на искусанных губах, впервые за долгое время, светилась лёгкая улыбка.
_________________________________________
*James Michael — Learn To Hate You
========== Глава 13 ==========
Я должен был уйти — только так я смог дышать.
Я ненавижу борьбу — это не то, что я хочу.*
Чанёль проснулся от трели мобильного и несколько секунд слепо озирался, пытаясь достать телефон и при этом не потревожить сопящего под боком Бэкхёна. Манёвр не удался — стоило ответить на звонок, как брюнет распахнул ресницы и впился внимательным взглядом в расцвеченное подсветкой лицо Пака.
— Хорошо, — быстро поговорив с Луханом, Чанёль отключился и виновато почесал затылок.
— Что случилось? — подтянув до груди одеяло, сипло поинтересовался Бэкхён.
Экран мобильника потух и спальня погрузилась в темноту. Паку казалось, что он прекрасно слышит, как звучно ударялось о рёбра сердце Бёна, будто тот успел настроиться на самое ужасное и сейчас с немым спокойствием ожидал вердикта.
— Лухан звонил. В одном из домов в центре Сеула произошёл взрыв.
— Теракт? — простонал Бэк, молниеносно скатившись с кровати, и тут же взвыл от простреливающей боли в пояснице.
— Возможно. Прости, но тебе придётся поехать со мной.
— За что ты извиняешься? — умудрившись включить свет и доковылять до шкафа, отозвался Бён.
— Ну, просто теперь До мой партнёр, но Лухан не может до него дозвониться…
— Мне не нравится, когда ты так говоришь, — натягивая боксеры, хмыкнул брюнет. — Твой партнёр — я, смирись с этим!
Чанёль облегчённо рассмеялся, довольный тем, что от вечерней истерики не осталось и следа, и бросился торопливо собираться.
Когда они подъехали к месту взрыва, там уже вовсю разгуливали репортёры и щёлкали вспышками фотокамер. Пробираясь между шумевшими очевидцами происшествия, Бэкхён обращался с вопросами то к одному, то к другому; успевал допытываться у полицейских о количестве жертв; и даже стоять на фоне горящего дома и хладнокровно смотреть в зрачок Паковской камеры, хорошо поставленным голосом сообщая о текущем положении дел.
Первоначальный страх, который до конца не отпустил Чанёля, вновь начал возвращаться. Стараясь абстрагироваться и сосредоточиться на собранном Бэкхёне, Пак всё равно слышал плач женщин и детей, видел их измазанные в саже, закутанные в дырявые пледы тела. В гудящей голове смешалась жуткая какофония из звуков, приправленная сиреной скорой помощи, отвозившей новых пострадавших, и воплями стражей закона, отгоняющих зевак на безопасное расстояние. Чанёль мог поклясться, что воздух пропахший не только дымом, но и металлическим привкусом крови, неприятно отдавал сладким дурманом смерти.