— Ты в порядке? — Прохладная ладонь коснулась разгорячённого лба, отодвинув в сторону влажные от пота волосы.
— Всё хорошо, — благодарно улыбнулся Пак, глядя в обеспокоенные глаза Бэкхёна.
Они вернулись к автомобилю и, пока брюнет отправлял в WBS снятые материалы, Чанёль сидел на капоте и торопливо курил одну за другой. Он вздрогнул, когда вернувшийся Бён мягко отобрал у него сигарету и глубоко затянулся, плотно обхватив фильтр потрескавшимися губами.
Несколько минут парни следили за тем, как пожарные тушат огонь. Успели выкурить ещё по одной — так, что от табака стало тошнить, и уже хотели вернуться в машину, как к ним подошёл мужчина средних лет, закутанный в клетчатый, прожжённый в нескольких местах плед.
— Простите, я хотел бы дать интервью. — Подбородок незнакомца трясся от волнения, а узловатые пальцы крепко сжимали ткань.
— Чанёль, возьми камеру, — коротко приказал Бэкхён, почуявший горячий материал.
Когда Пак навёл фокус, Бён начал задавать вопросы. Вначале дававший короткие ответы, незнакомец вскоре разговорился, глаза его заблестели, а хватка пальцев на пледе немного ослабла.
— Я был в своей квартире, когда произошёл взрыв. Ничего не понял вначале — стены мощно содрогнулись, оконные стёкла брызнули во все стороны и такой хлопок прозвучал, что уши заложило! Я живу один, поэтому схватил документы и банковские карты и выбежал из квартиры. В подъезде уже царила суматоха, все толкались и кричали, в панике расталкивали друг друга, топча тех, кто упал и так и не смог подняться. Это был какой-то ад! Все эти безумные люди сами себя убивали и совершенно не слушали, когда их умоляли успокоиться и взять себя в руки. Тао ждёт тебя, он сейчас в Гонконге. Если ты не приедешь, взрывы продолжатся. Когда мы выбежали на улицу, то кто-то уже вызвал полицию и пожарных, но в это время прогремел второй взрыв и новая волна паники захлестнула людей. Очень много раненых. Погибли дети, это ужасно…
Выпаливший эту тираду на одном дыхании, незнакомец покачал головой и, резко развернувшись, растаял в толпе. Чанёль медленно опустил камеру и озадаченно посмотрел на побледневшего Бэкхёна, в глазах которого стоял немой вопрос.
— Ты тоже это слышал?..
***
Пак Чанёль чувствовал себя зрителем, со стороны наблюдающим за разворачивающимися действиями. Неожиданно смутившись представительных мужчин, заполонивших их квартирку, он жался у окна, где небо уже расцвечивали первые лучи солнца, и постоянно косился на Бёна, выпившего уже несколько таблеток успокоительного, но всё ещё дрожавшего и не прятавшего красных глаз.
Он о чём-то говорил с мужчинами; комментировал видео, показываемое на ноутбуке; изредка срывался на истерические всхлипы, но тут же брал себя в руки и продолжал рассказывать неизвестные Чанёлю факты.
Когда дверь квартиры распахнулась в очередной раз, Пак понял, что их посетил крайне важный гость — мужчины мгновенно поднялись и вытянулись по струнке, а сам Бэкхён облегчённо вздохнул, подошёл к типу в дорогом костюме и пожал протянутую руку.
— Оставьте нас! — властно приказал короткостриженый незнакомец, не отводя взгляда от брюнета. — Как ты?
Дождавшись, когда за последним охранником закроется дверь, Бён сел на диван и похлопал по месту рядом с собой.
— Так испугался, — смущённо признался Бэк, неловко улыбнувшись, словно стыдясь проявленной слабости.
— Да уж, шороху ты навёл изрядно! — усевшийся тип покосился на Чанёля и нахмурил брови. — Я же просил оставить нас наедине!
Пак даже растерялся от подобной наглости и беспомощно посмотрел на Бэкхёна.
— Всё в порядке! — успокоил брюнет, подойдя к парню и крепко сжав его ладонь. — Познакомьтесь! Это Ким Чунмён — мой близкий друг. Чунмён, а это Пак Чанёль! И мы встречаемся.
Уголок губ мужчины слегка дёрнулся — то ли в улыбке, то ли в саркастической насмешке. Может, именно поэтому Чанёль не решился подойти ближе и пожать чужую ладонь, проявляя дружелюбие. Зато обнял за плечи жавшегося к нему Бэка и мысленно обругал себя за нерешительность — давно нужно было это сделать, глядишь и таблетки бы глотать не пришлось.
Вернувшись на диван, а Чанёля усадив в близстоящее кресло, Бэкхён повернулся к Чунмёну и выжидательно застыл.
— На самом деле, это прекрасно, что Тао дал о себе знать! — спокойно пояснил Чунмён, всё ещё неприязненно косясь на Пака. — Конечно, нет ничего хорошего в терактах, но так у нас появился реальный шанс его отловить!
— Вы смогли отыскать того типа, давшего интервью? — Бэк крепко сжал кулаки и вздрогнул, когда их накрыла горячая ладонь Пака.
— Нет, но его портрет я разослал по всем участкам — он от нас не уйдёт! — Ким подался вперёд и нетерпеливо потёр ладони. — Я увеличу твою охрану вдвое, но хочу посоветовать некоторое время оставаться дома. Постарайся не выходить без нужды и уж тем более не появляться на работе.
— Ты хочешь, чтобы я сходил с ума в четырёх стенах? — возмутился брюнет, гневно сверкнув глазами. — Я не хочу всю жизнь прятаться от Тао! Я устал бояться!
— Именно поэтому мы должны его поймать! Но мы не сможем это сделать, если Хуан или его дружки тебя похитят!
— У вас есть какой-то план? — решил вступить в диалог Чанёль.
Чунмён одарил его таким взглядом, что Пак почувствовал себя куском дерьма — ни больше, ни меньше.
— Есть один вариант, но он очень опасный, и мы должны к нему как следует подготовиться, — наконец, наградил его ответом Ким.
По участившемуся дыханию и крупной дрожи Чанёль сразу понял, что Бэку об этом варианте прекрасно известно.
— Мы хотим использовать Бэкхёна в качестве приманки! Отправить его к Тао, якобы он решил с ним встретиться с целью остановить череду терактов в Корее. Но отправить его не одного, а с десятком наших охранников. Если нам удастся поймать Тао, то это будет огромная победа нашей страны над терроризмом! — гордо поведал Чунмён, будто уже празднуя успех миссии.
— Но это очень опасно! Что, если всё пойдёт не по плану? — возмутился Пак.
— Бэк же сам сказал, что не хочет всю жизнь прятаться в четырёх стенах! Иногда, чтобы преодолеть свой страх, нужно заглянуть ему в глаза, — хладнокровно отрезал мужчина.
— К чёрту! — Резко оттолкнув руки Чанёля, брюнет скрылся в спальне, оглушительно захлопнув за собой дверь.
— И так всегда, — устало потирая виски, фыркнул Чунмён.
— У него сейчас сложный период в жизни, — пытаясь оправдать Бэкхёна, заговорил Пак.
— Да что ты знаешь о его жизни? Я знаю Бёна гораздо дольше и лучше тебя! — неожиданно ревниво возразил Чунмён. — Мне жаль, что он выбрал себе в спутники такого хлюпика и труса, но я уважаю его выбор! И хочу предупредить, что буду пристально за тобой следить. Если ты, сукин сын, причинишь ему хоть каплю боли, я от тебя мокрого места не оставлю!
— Угрожаете? — нахмурился Пак.
— Ты мне ничего не сделаешь, юнец, — Чунмён отмахнулся от него, будто от надоедливой мухи.
Не удостоив более взглядом Чанёля, Ким покинул дом, погрузив квартиру в долгожданную тишину и покой. На всякий случай закрывшись на замок, Чанёль вытер о джинсы влажные от пота ладони и на цыпочках пробрался к спальне. Прильнул ухом к двери, прислушался, как та неожиданно распахнулась, а парень тяжёлой тушей свалился на пискнувшего Бэкхёна.
— Он ушёл? — удержав Пака и выглянув в коридор, осведомился брюнет.
— Ушёл, — буркнул он, принявшись стягивать с себя пропахшую дымом одежду. — Что это за хмырь такой?
— Мой знакомый, — прислонившись к стене, нехотя ответил Бэкхён.