Рассел разговаривает со мной, но это похожа на старую VHS кассету. Раньше у меня была кассета с фильмом про принцесс, который я прокручивала снова, до тех пор, пока в конце концов она не истерлась до такой степени, что принцесса заговорила темным, грубым голосом, который звучал так, будто ей, ее друзьями и всей сказочной страной овладел дьявол. Часть меня пытается рационализировать то, что со мной происходит, приравнивая мою реакцию к ситуации, словно меня укусила гремучая змея.
Но потом я смотрю на Рассела и вижу, как искажается его лицо. Я прижимаюсь к двери автомобиля и отдаляюсь от него настолько, насколько позволяет это крошечное пространство. Когда мои глаза фокусируются на пассажирском сидении, я от него тоже уклоняюсь. Перед лобовым стеклом появляются вороны и нападают на нас. Их черные крылья бились о стекло словно маленькие молоточки, и пронзительно кричали «Никогда». Пока я пытаюсь оставаться в реальности, у меня перед глазами все расплывается.
Мы целую вечность ездим вокруг бумажного стаканчика, пока наконец не выбираемся из него. Линнет и Оусин катаются на бумажном самолетике по всей библиотеке. Они осматривают кассу на наличие денег. Они, ухмыляясь, смотрят на меня через окно, и тут звонит телефон Линнетт. Она пытается передать мне трубку через окно автомобиля. Я ни хочу ни с кем говорить, но телефон продолжает звонить. Приняв его из ее рук, я держу его у уха. Киган рассказывает мне о способах, которыми он разорвет меня на части, когда вернется из ада. Снова бросая телефон в окно из меня вырывается тяжелый вздох, которым в салон автомобиля проникает запах воды, что указывает на то, то мы двигаемся недалеко от реки или океана.
Какофония вибраций бьет прямо мне в грудь, а сосны расплываются темными тенями. Я опускаю голову на спинку сидения и смотрю в окно, в то время как за ним парят Херувимы и улыбаются мне. У одного из них золотистые волосы, которые развиваются на ветру от взмахов его мощных крыльев. Его бледно-голубые крылья мощно рассекают воздух, а очень красивые львиные черты лица передают мне сообщение, которое я не совсем понимаю… что-то о Бреннусе и возмездии… он также горит для меня, как и я за него. Я наклоняюсь вперед, чтобы спросить, что ангел имел ввиду, но он исчезает в одно мгновение, и все сразу перестает двигаться.
Я осознаю, что сижу рядом с Расселом. Мы находимся с задней стороны небольшого продуктового магазина. Это магазин недалеко от нашей квартиры в Хоутоне. Рассел паркует машину, и я пытаюсь понять, что он говорит, но это действительно очень сложно, так как его лицо тает в восковых полосах, мне сложно сосредоточиться на словах.
Потянувшись ко мне, он пытался взять меня за руку, но я почти кричу, потому что его малейшее ласковое прикосновение причиняет мне жгучую боль. Выскочив из машины, Рассел захлопывает дверь. Он идет к задней двери магазина и с легкостью открывает ее, как если бы она была сделана из газеты, а не из стали.
Проходят томительные минуты, прежде чем я вижу, что Рассел возвращается. Когда я смотрю на пустое водительское сидение, дверь медленно открывается, и в ней появляется стройная фигура Бреннуса. Со всхлипом, я вжимаюсь в пассажирскую дверь. Дверная ручка упирается мне в поясницу, в то время как я беспомощно искала пути отступления. Бреннус смотрит на меня с наигранной жалостью, а его зубы клацают, показывая, что они с легкостью могут вспороть кожу. Из его запястья сочиться кровь, от чего моя голова начинает кружиться. Протянув трясущуюся руку, я протягиваю его руку к губам, пробуя холодную, густую кровь, которая мгновенно охлаждает жжение в моем горле. Я не могу контролировать свою реакцию, и продолжаю сосать и глотать больше и больше соленой, металлической жидкости. И чем больше я потребляю, со мной начинает что-то происходить.
Голос говорит со мной не так, как раньше звучал голос Бреннуса. Этот голос звучит как голос Рассела — южный, протяжный звук, который он использует, чтобы заставить меня прислушаться к голосу разума, или, когда мне грустно, он пытается успокоить меня. Мне требуется несколько мгновений на то, чтобы понять, что в машине рядом со мной не Бреннус, а Рассел. Сильные пальцы Рассела держат соломинку возле моих губ, позволяя мне пить из большого пластикового прозрачного контейнера, который обычно используют для картофельного салата.
— Вот так моя девочка. С тобой все хорошо… просто выпей эту оленью кровь, и мы поедим дальше. Рыжик, ты почти закончила, просто представь что это смузи, или что-то вроде этого, — говорит Рассел. Когда соломинка начинает издавать громкий скрижесчатый звук, Рассел убирает чашку от моих губ и спрашивает: — Хочешь еще?