Она проводит пальцем по горлу.
— Слишком поздно, Gancanagh уже съели его, — шепчу я и вижу, как расширяются ее глаза.
— О, мой Бог, конфетка! Что случилось? — спрашивает она, а затем она замечает, как я раскачиваюсь на носках.
Она подхватывает меня и ведет к блестящей серной струе. Мы входим в самолет, и я не знаю, почему я ожидала увидеть обычный самолет с рядами кресел, но все не так, как я ожидала.
Декор самолета черный со вставками молочно-белого. Большие элегантно-изящные сидения, стоят в нескольких зонах салона. Сидения покрыты черной кожей и такие мягкие, что я могу представить себя, засыпающей в них, если не буду достаточно осторожной. Но нет никаких причин, чтобы заснуть в кресле, потому что в самолете для этой цели есть две спальни с огромными кроватями. Булочка ведет меня в кухню. Она оснащена приборами из нержавеющей стали и хорошо отполированным красным деревом, от чего выглядит очень гладко и мужественно. В задней части самолета находится ванная комната, которая впечатляет так же, как и остальные места. При других обстоятельствах я бы чувствовала себя в приподнятом настроении, но вместо этого, я чувствую себя незваным гостем в самолете, хозяина которого я жестоко предала.
Включив душ, чтобы немного прогреть его для меня Булочка достает туалетно-косметические принадлежности. Она кладет их на раковину, вместе с полотенцем и черным шелковым халатом, который на несколько размеров больше нужного.
— После того, как ты закончишь с душем, у меня есть кое-что, что мы можем одеть, чтобы скрыть… порезы, — говорит она вместо укусов.
Я просто киваю, но не смотрю ей в глаза, потому что если я это сделаю, то могу снова расплакаться. Прежде чем она успевает уйти, я выпаливаю:
— Они живы? — знаю, что она этого не знает, но я хочу понять, есть ли у нее надежда на то, что они живы, или она ее уже потеряла.
— Да, — сжимая руки в кулаки, твердо говорит она.
— Хорошо, давай отправимся к Даминиону, и я верну тебе Зи обратно, — низким тоном говорю я, а в ее василисково-голубых глазах начинается сражение.
— Мы поедем на остров Зи, — начинает Булочка, но я прерываю ее.
— Нет, я не поеду на остров, я пойду к Доминионам. Ты можешь взять меня с собой, или я могу взять автомобиль Рида и попытаться найти их сама, но я собираюсь уйти с твоей помощью, или без нее. Я собираюсь принять душ, а когда я выйду, ты скажешь мне, что ты решила, — властно говорю я.
Я скинула с себя одежду Gancanagh и попросила Булочку сжечь ее. Затем я иду в душ и смываю с себя ту вонь, о которой ранее говорил мне Рассел. Я позволяю душу смыть с себя липкий, сладкий запах, который прилипал ко мне несколько дней, но нет воды, которая бы помыла бы мою душу от моих воспоминаний, однако мой дух, отчаянно желает этого. Я позволила Бреннусу сломать меня и, если бы Рассел не появился, чтобы спасти меня, я бы отдала ему все, о чем он просил.
Затыкаю рот, чтобы никто не услышал моих рыданий. Медленно, я беру над собой контроль. Я смотрю как кровь от, так и незаживающих укусов, смешивается с водой и утекает в канализацию.
Выйдя из душа, я надеваю халат, который для меня ставила Булочка. Когда я захожу в спальню, вижу, что на кровати лежит Рассел. Похоже он просто свалился от усталости, потому что его ноги все еще были на полу. Одной рукой он прикрыл глаза он прикрыл глаза от света.
Я подхожу к выключателю и выключаю свет, стараясь не разбудить его. Иду к двери, которая ведет к общей зоне, чтобы попросить Булочку одолжить мне что-нибудь из одежды, но останавливаюсь, когда слышу, как Рассел произносит:
— Рыжик, что я должен сказать, чтобы ты изменила свои планы и не делала этого? — с болью в голосе спрашивает он.
— Я должна пойти. Ты знаешь это, не так ли? — разворачиваясь и подходя к кровати, отвечаю я.
— Осознавать это умом, это одно, а знать это сердцем… или душей — это совсем другое, — не убирая руки с глаз, говорит Рассел. — Головой, я понимаю, почему ты это делаешь… но мое сердце не принимает этого. Я люблю Зи как брата, но, если он вернется, а я не не…, - он продолжает, потому что я и так знаю, что он имеет ввиду.
— Рассел… я… я не могу поступить иначе. Я должна идти.
Когда я вижу тоску в его взгляде, то заползаю к нему на кровать и кладу свою мокрую голову ему на грудь. Его рука обвивается вокруг моей талии, и он прижимает меня ближе к себе.
— Если бы это была ты, я бы пошел… я бы отдал все чтобы защитить тебя… мы связаны, ты и я, но также я связан с Ридом. Я перед ним в долгу. Он не одобрит того, что ты идешь туда и рискуешь ради него своей жизнью. Он очень разозлиться, — говорит он, и я ему верю.