Ася, сглотнув, вызывающе вскинула подбородок. Ну, уж нет, тушеваться она не будет! Хотя и стоит извиниться.
— Я хочу…
— Садись, — грубовато прервал он её. — Разговаривать будем.
Она тотчас насторожилась.
— О чем?
Он хмыкнул.
— О том, зачем вы ко мне пожаловали. Уточнение требуется?
Возникло желание стукнуть его, огреть чем-нибудь тяжелым по голове. Порыв, естественно, Ася сдержала. Да и осознание того, то она стоит перед незнакомым мужиком без нижнего белья, не добавляло уверенности. И вокруг — ни души.
Но Лешка ему доверял. Значит, и ей не стоит себя накручивать.
Ася кивнула и не спеша приблизилась к столу, по ходу отметив, что этот стол ей очень понравился. Да и вся обстановка на кухне — добротная, сделанная из натурального дерева — ей пришлась по душе. Очень уютно.
Она отодвинула стул. В наступившей тишине скрип ножек по паркету показался оглушающим. Ионов поморщился. Сев, девушка старательно сдвинула полы халата. Блин, почему ей не хватило ума одеть белье? Сцепив руки в замок и положив их на стол, она посмотрела на Ионова.
— Леше не следовало уезжать, ничего не сказав мне.
— Это вы с ним сами потом разберетесь, что следовало ему делать, а что нет, — в голосе мужчины прозвучали жесткие нотки. Дал понять, что не намеревается выслушивать её стенания. — Давай по существу.
— Давайте. Я так понимаю, вы согласились… — подобрать нужные слова оказалось тяжеловато, — временно предоставить мне защиту?
— Согласился. Но у меня есть условия.
— Какие?
Сердце отчего-то тревожно ухнуло. Вчера вечером происходящее воспринималось слишком преувеличенно, всё казалось слишком важным. Слишком роковым.
— Первое, — мужчина сменил позу и точно так же сцепил пальцы в замок, положив их поверх стола, — ты мне рассказываешь особенности своего дара. Все особенности. В мельчайших подробностях. Чтобы я понимал, с кем имею дело, и чего от тебя ждать.
— А Алеша ничего не говорил?
Мужчина громко вздохнул, давая понять, что её вопрос ему не понравился.
— Ася, ты меня слышишь? — он говорил нарочито медленно. — Я повторю. Именно ты мне всё рассказываешь. Считай, что твоё откровение послужит своеобразным актом доверия. И давай на "ты". Нечего мне "выкать".
Нечто подобное Ася ожидала услышать. Это и понятно. Человек желает знать, кто именно находится рядом с ним. И, возможно, если бы их встреча произошла без лишних эксцессов, Ася открылась сразу же. Сейчас она задумалась. А имеет ли смысл откровенничать с человеком, которому ты не приятна?
Только… есть ли у неё выбор?
— Хорошо. Давай на "ты", — она специально тянула время, не в состоянии определиться с выбором.
Ионов оказался проницательным. Ухмылка стала шире, а в глазах появился насмешливый блеск.
— Не доверяешь?
— Не люблю, когда за меня принимают решения, — честно ответила она.
Брови мужчины нарочито медленно приподнялись.
— Так я и не настаиваю, — теперь в его голосе появились едва ли не ласкательные нотки.
Разозлился. Но сдерживается.
— Матвей, — Ася начала говорить и замолчала, не в состоянии определиться с дальнейшим диалогом.
— Ася?
Его поза, его тон — были точной копией тона и позы девушки. Неужели он владеет техникой нейролингвистического программирования? Всё может быть. Он работал в Центре, значит, должен быть хорошим психологом. Хотя, его накачанная мускулатура и атлетическое сложение никак не вязались с умственным трудом. Больше всего Ионов напоминал солдата удачи.
Ася цыкнула на себя. Нашла время думать о его мускулатуре! Не видела полуголых мужиков с накаченными бицепсами? Видела. В тренажерный зал иногда наведывалась.
Но одно дело тренажерный зал, а другое — дом неприветливого бирюка, сидящего на кухне в одной майке-боксерке и шортах.
Совсем не о том думаешь, мать! Видимо, алкоголь, принятый вчера, до сих пор давал о себе знать. Голова соображала с трудом, и внимание акцентировалось не на том, на чем следовало.
— А ещё условия будут?
— Будут, — мужской взгляд потяжелел.
— Может, сразу озвучишь?
— Озвучу.
Сказал, а сам не торопился произносить их вслух.
Ася занервничала. Разговор получался трудный. Ни она, ни он не спешили открываться.
— И какие?
— Ты мне в мельчайших подробностях рассказываешь, что уже успела обо мне узнать. И не надо делать невинно-удивленное лицо! — неожиданно рыкнул он. — Знаю я вас, интуитов… Не успеете оказаться на чужой территории, как вторгаетесь в личную жизнь владельцев!
Асю поразило не его условие. А та ненависть, что вспыхнула в его голосе при слове "интуит". Точно он произнес что-то грязное, неприятное.