Сердце бьется быстрее при мысли о загробном скрипучем голосе, от которого веет ночными кошмарами. Руки девочки холодеют, но она твердо сжимает их в кулачки и делает шаг. Еще один. Еще. С каждым сантиметром вперед все ее чувства обостряются, дыхание становиться частым, а кровь словно покидает тело вместе с сознанием. Еще шаг, и Диана срывается на бег. Шестиметровый коридор кажется ей эстафетной дистанцией. Она беспрестанно чувствует на себе чужое дыхание и внимательный взгляд. Ей кажется, что что-то цепляет за подол платья, и горло сдавливает от накатившей волны ужаса. Выключатель уже рядом, она тянется к нему тонкими пальцами. В коридоре темно, она не видит, но знает – он там.
Перед глазами плывут яркие точки, словно пытаясь сбить ее с толку. ОН близко. Дышит в затылок, может в любой момент схватить ее и прижать к себе, разрывая горло когтями, выпуская рвущееся наружу сердце.
– Мамочка! – Кричит Диана и щелкает по выключателю.
На секунду свет ослепляет ее, и она по инерции вжимается в входную дверь. Тени стремительно прячутся по углам. Черные точки перед глазами рассеиваются. Девочка делает несколько глубоких вдохов-выдохов, пытаясь успокоиться.
Теперь кухня. Выключатель располагается с лева от двери, что бы щелкнуть по нему, нужно просунуть руку в темную щель между стеной и холодильником. Даже смотреть туда – уже страшно. Кажется, стоит только подумать об этом, как из-за гудящего холодильного агрегата показывается чья-то рука. Только потянись туда, и она схватит тебя, засосет в этот узкий проем. Диана осторожно держится за дверной косяк, и резким точным движением вскидывает руку вверх. За мгновение до того, как ее пальцы коснулись пластикового переключателя, по ее ладони что-то скользнуло, царапнув по коже холодом. Щелчок, и девочка с визгом одергивает руку. Свет успевает загореться еще до того, как Диана прижала ладонь к себе, словно величайшую драгоценность.
В гостиной свет включается из коридора. С ванной тоже все просто. Остаётся мамина спальня. Диана осторожно подходит, становясь напротив дверного проема.
Яркие лампочки коридора наполняют комнату светлым сумраком. Девочка видит очертания кровати, стульев, большого трюмо. Они совсем не страшные, ведь кроме них в комнате ничего нет. Диана облизывает пересохшие губы и поглядывает на выключатель этой комнаты. Он совсем близко. Стоит только протянуть руку.
"Хочешь, милый ангел мой, мы подружимся с тобой?" Девочка порывисто вскрикивает, и на несколько секунд замирает на месте, парализованная ужасом.
– Кто здесь?
Она тихо отходит от двери, отворачивается, стараясь не смотреть на нее, но глаза против ее воли соскальзывают, как магнитом притянутые к черному сгустку мрака посреди комнаты.
– Кто здесь?
Глухая тишина пустой комнаты не отвечает ничем. Наконец Диана доходит до стены. Еще немного, и она может оказаться в своей комнате, но в этот момент иррациональный страх парализует ее, ей начинает казаться, будто и в ее комнате есть кто-то, будто стоит ей шевельнуться, и она привлечет к себе чужое внимание.
– Ди, крошка, чего ты там жмешься? – Вдруг слышит она мелодичный голос матери. – Иди ко мне, радость моя.
Мама прямо перед ней, в тени своей спальни, сквозь открытую дверь Диана видит, как она сидит за туалетным столиком, аккуратно подкрашивая длинные пушистые ресницы.
– Мамочка! – С радостным криком девочка бросается в комнату, все страхи моментально уступают место облегчению и восторгу.
Только перешагнув порог комнаты, Диана рассеянно осознает, что мама ушла. Это похоже на удивленное разочарование, она не успевает испугаться. Тьма смыкается вокруг нее, погружая в липкое беззвучие.
Девочка приходит в себя на кухне. Она сидит на высоком стуле, ковыряя ложкой рыхлых пирог. В маленькой кружке в синий горошек налит чай.
– Какого черта ты не перезвонил? – Кричит мама. Костяшки пальцев побелели от напряжения, пальцы того и гляди раздавят телефону трубку. – Не надо мне врать, у тебя был мой номер! Я сама тебе его записала... как можно удалить случайно?
Диана проводит пальцем по стеклянной вазе, стоящей на столе. Мизинец тут же чернеет от слоя пыли. Есть девочке не хочется. Она отпивает из кружки – чай холодный и невкусный.