– Ну вот, это уже более серьёзно. Ангелина значит ангел, посланник, неземное существо... и зачем же, позволь узнать, такой прекрасной девочке как ты, храброй, светлой и доброй, наверное, да ещё и с таким чудесным именем, понадобилось учиться играть на флейте?
– Вначале я не знала, на чём именно хочу играть. Но, послушав ваше сегодняшнее выступление... Таких эмоций я никогда ещё в жизни не испытывала. Мне очень понравилось. Так красиво, так нежно звучит эта флейта...
– Я тебя понял. Значит, тебе хочется уметь заставлять других чувствовать те эмоции, которые ты будешь вкладывать в игру?
– Думаю, я бы хотела уметь играть не для других, а для себя... – Лина в смущении начала теребить край своей куртки.
– Ха! Если у тебя и впрямь окажется талант, то нельзя будет прятать его от других. Подумай только, какие возможности тебе могут открыться. Ты будешь завораживать толпы народу. Как в сказке. Про дудочку и стаю крыс. – Хохотнул музыкант.
– Наверное, мне не понравилось бы играть для крыс.
– Ну, я же сегодня играл для них.
Лина испуганно посмотрела на мужчину. Её он тоже, получается, считает всего лишь крысой, последовавшей за его дудочкой. Да ведь, в сущности, так всё и было. Ей стало не по себе, сердце забилось быстрее. Нужно было уходить отсюда, и быстрее. Этот тип явно сумасшедший. В который раз, жалея о том, что убежала из дома, девочка попятилась к двери.
– Уже уходишь? – Голос музыканта был абсолютно спокойный и равнодушный. – А ведь...
Но договорить он не успел, дверь в комнатку распахнулась, и в помещение ворвался гул звуков из зала. В проёме появилась толстая низенькая фигура мужчины, заплывшее жиром лицо и пугливый бегающий взгляд сразу же делали его вид отталкивающим, несмотря на то, что одет он был весьма аккуратно.
– Константин? Вижу вы не одни. – Он даже не посмотрел на девочку. – Но вы сами просили меня зайти к вам после выступления...
– О! А вот и типичный представитель толпы! – подмигнул музыкант девочке. Но тут же более серьезным тоном обратился к вошедшему, – проходите, Игорь, я вас ждал. И закройте за собой дверь. Вы принесли деньги?
– Ну... – потянул мужчина, закрывая за собой дверь, – вообще-то, я нашёл необходимую сумму, но проблема в том, что...
– Стоп! – Лицо Константина в один миг изменилось. – Только не говорите мне, что у вас их нет!
– Что вы, конечно, есть, просто это же очень большая сумма, и у меня возникли некоторые непредвиденные обстоятельства...
От музыканта ярость исходила буквально волнами. Лина следила за разворачивающимся спором и боялась попасться под горячую руку, ей действительно стало жаль этого Игоря. Судя по всему, он здорово влип. Но тут взгляд девочки упал на футляр с флейтой. Он находился совсем близко к ней, а она, в свою очередь, находилась совсем близко к двери. Взять его, осторожно, незаметно, и пока оба мужчины заняты руганью, убежать отсюда. Охрана её вряд ли уже остановит, и она сможет наконец-то вернуться домой. Родители, конечно, будут долго ругать её, но ведь всё равно, рано или поздно ей придётся вернуться.
Лина начала придвигаться поближе к инструменту, чтобы осуществить свой план бегства.
– Я чувствую сердце, кующее злые замыслы. – Растягивая слова, Константин радостно пропел это, обращаясь к Лине. – Не вздумай даже прикасаться к ней. Пока. Но если ты всё-таки хочешь заполучить её, что готова ради этого на воровство, что ж, я готов предложить тебе сделку. – Он сделал элегантный жест в сторону стоящего напротив Игоря и как ни в чём не бывало, сказал: – Убей его, и тогда флейта твоя.
– Что? – В один голос вскрикнули Лина и её предполагаемая жертва, обменявшись испуганными взглядами.
– Константин, прошу вас, я всё верну... – умоляющим тоном начал мужчина.
– Вы шутите? Как я могу? – перебивая его, заговорила Ангелина.
– Молчать! – Несмотря на то, что музыкант сказал это очень тихо, комната моментально погрузилась в молчание. – Игорь, друг мой, несомненно, вы всё вернёте, ибо я не святой, чтобы должников прощать. А ты, мой милый маленький ангелок, думаю, легко справишься с поставленной задачей.
Он, не спеша, подошёл к маленькой тумбочке в углу комнаты и достал из неё пистолет, затем вернулся туда, где находилась Лина, и вложил ей его в руку, направив дуло на стоящего у противоположной стены мужчину.
По спине девочки пробежал холодок, лоб и руки моментально вспотели. Пистолет был тяжёлый, и рука сразу же стала какой-то свинцовой, словно не принадлежащей ей.
– Я не буду стрелять, – тихо отозвалась девочка, боясь даже пошевелиться.
– Ещё как будешь, – так же тихо отозвался Константин.