Она надевает защитный костюм, идет к кратеру–телепорту. Лунному лифту, как называют его остальные. В пещере работают несколько человек. Сорокалетний молчаливый немец, имя которого то ли Ганс, то ли Густав, и две девушки азиатской внешности. Люба приветливо улыбается и достает инструменты.
Некоторое время она увлеченно работает, пока не замечает, что у нее дрожат руки. Люба пораженно выдыхает, не в силах понять, что с ней не так. Она оборачивается на коллег. Они спокойны. Призрачными тенями стоят позади нее и полностью поглощены процессом. Она сосредотачивается на лунном объекте 9 89. Мох, чуть соскобленный специальной лопаткой, повис на стене лоскутом и чуть заметно вибрирует. Люба рассматривает маленькие дырочки в стене. Ей кажется, что она видит в них что-то. Девушка делает шаг и почти вплотную приближает свое лицо к перфорации. Настолько близко, чтобы только не перекрыть поток света. Что же там?
Любу окликают. Она не оборачивается. Перед глазами маленькое насекомое. Черное блестящее тельце показывается всего на мгновение, но она видит его.
Любу снова зовут. Трясут за плечо. Кричат что–то насчет защитного костюма. Поврежден? Девушка отталкивает коллег. Пытается осмотреть себя. На левой руке длинный тонкий порез. Аккуратный, словно сделан нарочно. Как она могла не заметить? Не вполне понимая, что делает, Люба, стаскивает перчатку. Пытается оторвать весь рукав. Азиатки в ужасе смотрят на нее, немец спешит за помощью. Любу немного шатает. Нужно вернуться на станцию. Она делает движение по направлению к кратеру, но не удерживается, падает прямо в серебристую лужу на полу пещеры.
Ее тянет куда-то вниз, в глазах резко темнеет, как при походе через лунный лифт, к горлу подступает тошнота. Ощущения длятся дольше, чем обычно, но когда она наконец приземляется, то чувствует странную легкость. Ветер обдувает ее лицо, и она распахивает глаза.
Виды земные. Серое небо прячется за тучами. Зеленая полевая трава растет вплоть до горизонта, у которого виднеется кромка леса. вот только сам горизонт ближе, чем следовало, а рядом с Любой серебрится лужа той самой жижи, что была в лунной пещере.
Она попробует встать. Вместо этого получается легко взмыть в воздух, и, немного зависнув, так же легко опуститься обратно. Такой слабой гравитации нет даже на лунной поверхности. Где же это она?
– Любочка, значит, ты утверждаешь, что муравьи владеют телепортацией, — доктор подносит кулак ко рту и несколько раз в него коротко кашляет. Люба не может понять, пытается ли он скрыть смех, либо наоборот чересчур серьезно относится к ее заявлению.
Еженедельная "беседа" подкралась быстро и незаметно. Раньше так же подкрадывались понедельники после хороших выходных.
– Мы можем порассуждать на эту тему, Иван Иванович. – великодушно улыбается девушка.
– Ты всерьез в это веришь? – доктор делает какую-то пометку в бумагах, а затем переносит свои глаза на девушку.
Люба встречается с внимательным взглядом и попадает в ловушку. Не оторваться, не пошевелиться. Ее словно пришпилили к месту. Теперь препарировать ее будет удобно.
Лучики вокруг глаз доктора говорят о его доброте. Это вам любая третьесортная книжонка по психологии скажет. Как жаль, что в свое время Люба уделяла мало внимания подобным опусам. Может быть, не ломала бы сейчас голову над тем, как выбраться из-под этого доброго взгляда.
– Вера – понятие относительное. – наконец, начинает подбирать слова девушка. – Это такая же эфемерная категория, как добро, зло, истина. Даже факты – понятие относительное. Когда-то считалось, что Солнце вращается вокруг Земли, потом выяснилось, что это не так. Затем Эйнштейн доказал, что все зависит от выбранной системы отсчета, и относительно Земли вращается вся Вселенная.
Доктор морщится, снова вызывая ассоциацию с большим муравьем.
– Ты уходишь от темы, Любочка. Или, может, теория относительности должна служить доказательством телепортации насекомых? – он снова утыкается в документы, словно пытаясь найти в них содержание теорий Эйнштейна. Она с шумом выдыхает и спешит опустить голову. Ей больше не хочется быть пойманной.
– Просто я не задумывалась о том, верю ли я в это. В конце концов, понимаю, что звучит немного бредово. Но это как версии о происхождении вселенной. Теория большого взрыва кажется намного убедительнее остальных, но она не единственная, и в ней тоже есть несостыковки. Так и с телепортацией муравьев. Это моя теория большого взрыва. Не только моя, если подумать.
– Значит не ты первооткрыватель этого явления? – Любе очень хочется увидеть выражение лица доктора на этих словах, так как тон его не выражает ничего, кроме привычного внимания и доброжелательности. Но девушка упрямо смотрит на ноги, обутые в мягкие больничные тапочки. Руки вцепились в сиденье, словно пытаясь удержать от лишних действий.