— Эх… но даже я в итоге не оправдал надежд. Твой отец, будем честны, без особых усилий побеждал меня. И до него я уже сталкивался с вилтрумитами… меня отделали так, что я еле выжил. — Он замолчал ненадолго, явно словив флешбэк своей первой стычки с моим видом. — Поэтому, как вид, вилтрумиты практически непобедимы.
Однако на этот раз он не позволил грусти овладеть собой и сразу же нашёл проблеск надежды в текущей ситуации.
— Но до этого момента никто и никогда не слышал о влитрумите, который покинул бы свой пост и не подчинился империи. Я должен доложить своим об этом. Это может стать нашим преимуществом.
— Я не знаю как скоро Вилтрум узнает о том, что отец покинул свой пост, но это в любом случае лишь вопрос времени. И если то, что ты говоришь об империи правда, они вернутся, чтобы снова предъявить свои права на Землю.
— Скорее всего… — мрачно согласился Аллен.
— Мы тут делаем всё возможное, чтобы подготовиться, но… сам понимаешь… — Да уж, он и правда понимал. — И, если Коалиция уже вовлечена в конфликт с Вилтрумом: враг моего врага — мой друг.
— Я сообщу в Коалиции обо всём, и о том, что вы ищите союзников, но, сам понимаешь, я ничего не решаю. — Пообещал Аллен. — Я вернусь сразу, как только, что-то узнаю.
Не много… но ожидать большего от какого-то офицера, хотя он и является, насколько я понял, одним из сильнейших суперсолдат Коалиции, не стоит.
— Кстати, круто сказал! — подмигнул, вставая Аллен. — Враг моего врага — мой друг. Мне нравится.
Он протянул мне руку, на этот раз для прощания.
— Это известная поговорка на Земле. — Ответил на жест я.
— Приятно было познакомиться, Непобедимый. И спасибо за помощь, — он кивнул на свой компьютер. — Без тебе меня бы точно уволили.
Он либо не очень умный, либо недоговаривает. Если такие сильные существа, как он и правда настолько редки в Коалиции, то он сильно себя недооценивает. Впрочем, его ведь воспитывали как солдата, вот он и выполняет приказы, даже не задумываясь сверх необходимого.
— Мне тоже. — Как же всё-таки хорошо, что телепатическое общение позволяет транслировать только те мысли, которые ты хочешь, а не всё, что приходит в голову.
Попрощавшись со мной, Аллен оттолкнулся от поверхности Луны и взмыл в космос.
— До встречи, Непобедимый Марк! — напоследок помахал мне рукой он, я ответил тем же.
Через несколько секунд я остался единственным живым существом на Луне, и ничьи голоса больше не звучали в моей голове, которая, кстати, начинала побаливать. Последствия после телепатического общения?
Вот ведь дерьмо. И это я не про начинающуюся мигрень.
Что и говорить, Коалиция не оправдала моих надежд. Если я — их преимущество, то рассчитывать на то, что Коалиция защитит Землю от Вилтрума не приходится. Они себя-то защитить похоже не могут.
Земля…
Не такой уж и большой голубой шарик как раз восходил над Луной, переливаясь голубым и белым. Красиво, чёрт подери.
Примечание:
* В названии прошлой главы
** Иронично, что в действительности всё с точностью да наоборот. Именно от Аллена, когда тот будет докладывать об этом в совете Коалиции, Вилтрум узнает о том, что Нолан покинул свой пост. Так что если бы Марк решил промолчать и оставить Аллена в неведении, то получил бы дополнительную отсрочку в полгода, как для себя, так и для отца.
Глава пятьдесят девятая
Закончив с Алленом я, раз уже всё равно приступил к работе, решил сразу перейти к следующему пункту моего супергеройского расписания.
Благо портальное устройство было при мне всегда.
Путешествия между измерениями стали для меня настоящей рутиной, и, если честно, я начинаю уставать от этого. Я имею в виду, что несмотря на мои первоначальные планы не проводить слишком много времени у флаксанцев, всё каждый раз сводится к тому, что один день на Земле растягивается на несколько в другом измерении, а потом я возвращаюсь домой буквально на несколько часов, и вот мне снова нужно сделать очередной трип. Может со временем ситуация стабилизуется и мне не нужно будет появляться тут каждый день-год, но пока приходится сжимать зубы и терпеть.
Впрочем, в этот раз мне относительно повезло. Единственной важной новостью, переданной мне советниками, было свидетельство о том, что первенцы Бессмертного — близнецы-полукровки — подтвердили наличие у них сверхспособностей того же типа, что и у отца. Полёт, сила, прочность, регенерация. И это была совсем не та новость, которую я хотел бы услышать. До этого у нас с Бессмертным уже был разговор на эту тему. Я не мог не спросить его об этом, ведь его потомство в перспективе может повлиять на судьбу всего этого мира. Бессмертный в ответ поведал мне очередную историю своей жизни, которая вкратце сводилась к тому, что он сам ни черта не понимает, как это всё работает.
У него было много детей за его долгую жизнь на Земле, почти все они обладали отменным по человеческим меркам здоровьем, жили по сто лет, а то и больше, но то, что можно было бы назвать полноценными суперспособностями, имели лишь единицы. Статистически всё ещё слишком много, но… проклятье — не генетическая мутация или что-то в этом роде, и не закрепляется в генах потомков. И при этом никто из его детей не обладал полноценным бессмертием.
Это оставляло мне надежду на то, что вся эта затея флаксанцев с разведением бессмертных суперсолдат не выгорит. Ибо я не имею ни малейшего представления, что с ними — если они окажутся такими же как их отец — делать, а оставлять всё на самотёк чревато непредсказуемыми последствиями.
Хотя, пока не понятно насколько сильными они в итоге будут, когда вырастут. После уничтожения предыдущего режима сама программа разведения гибридных суперсолдат — на самом деле, их было реально много, просто я зачастую не замечал разницы, уничтожая за раз целые армии — была свёрнута. А Бессмертный заверил меня, что не собирается заполонять всю планету своим потомством, помимо тех пяти флаксанок и трёх землянок, уже были от него беременны. Тем более, что даже восемь матерей за раз — это уже слишком.
Ещё одной новостью, на этот раз уж точно хорошей, порадовал меня глава исследовательского комплекса, когда я пришёл туда проведать пленницу. Ребятам удалось независимо от инженеров из Коалиции Планет повторить их технологию — о которой я им даже не рассказывал — и создать телепатический интерфейс. Пока речь не шла о том, чтобы общаться с другими существами мысленно, как это делает Аллен — хотя я не уверен, что это именно технология, а не часть его способностей — зато вот управление гаджетами перенести на телепатию уже получилось. Это должно было заметно облегчить мне использование подавителя, телепорта и переводчика в бою. А натолкнула их на эту идею, как ни странно, Бритни во время нашего прошлого визита. А точнее то, как она при помощи Бекки, смогла отказаться от стандартных интерфейсов и при этом повысить удобство и скорость взаимодействия с техникой. Вероятно, это ущемило инженерную гордость техников, и они захотели «показать класс» или что-то в этом роде.
И последней хорошей новостью стала сама Объятье. Точнее то, как она меня встретила.
Ещё до того, как она открыла рот, по одной лишь мимике, по тому, как воспряли её плечи, загорелись глаза и распрямилась сгорбленная до этого фигура, я заподозрил неладное. Благодаря моей скорости восприятия я прекрасно видел эту трансформацию от раздавленной, отчаянной пленницы к… на самом деле, не знаю точно к чему, но она определённо сменила режим.
Долго гадать о причинах такой перемены не пришлось. Всему виной моя недальновидность и… в общем, я был слишком увлечён Бритни в нашу прошлую встречу и совершенно не подумал о том, каково будет пленнице дожидаться моего возращения с Земли. Я ведь оставил её всего на один день. Один земной день! И при этом не дал своим людям распоряжений относительно неё, помимо «присматривать и держать в клетке, пока я не решу, что с ней делать». Целый год в неизвестности. Её даже в качестве лабораторной мыши никто не использовал — хотя некоторым очень хотелось изучить её способности — чтобы не нарушать моих указаний. Её единственным развлечением были прозрачные стены, через которые она могла наблюдать за деятельностью учёных, но только до тех пор, пока клетку не перенесли в другое помещение.