— Я рассчитываю на тебя, Эделман. — Пафосно изрёк Стэдман, остановившись у самого портала.
— Я вас не подведу! — тут же преисполнился воодушевления от оказанной чести мужичок.
Оставив помощника командовать размещением беженцев, мы прошли через арку портала, чтобы оказаться прямиком в кабинете Сесила. Уже находясь по эту сторону портала, я расслышал тихое: «хотя меня зовут не Эделман», с другой стороны.
— Судя по тому, что я вижу, — начал Стэдман, занимая место за столом с висящей над ним голографической проекцией Таймс-Сквер. — Они быстро пожалели о своём решении схватить тебя.
— Это уж точно! — первым откликнулся Дони, спрыгивая с моего плеча прямо на стол. — Но думаю, начать стоит с начала, всё-таки первым туда попал я.
— Вообще-то первым был Бессмертный. — Поправил его я.
— Мы видели, что он попал в плен, — по мановению руки Стэдмана проекция сменилась, теперь она показывала эпизод из битвы на Таймс-Сквер, как раз когда флаксанские гибриды поймали Бессмертного. — Но с вами его нет? Неужели он всё-таки погиб?
— Пф, — фыркнул я. — Этого убьёшь как же… он остался там, следить за порядком и трахать своих флаксанских шлюх.
— Что? — Впервые в жизни я вижу Сесила таким ошеломлённым.
— Кстати немалая часть людей, после освобождения тоже не захотели возвращаться на Землю. — Добавил Дональд. — Это из-за разницы во времени. Люди с Земли стареют в том измерении в тысячу раз медленнее.
— Ладно, давайте, всё-таки по порядку… — помассировав виски, заключил Стэдман.
***
— Значит ты оставил Бессмертного править этой планетой, — с сомнением покачал головой Сесил, когда я вкратце пересказал ему основные события. — Не уверен, что это хорошая идея.
К этому моменту мы уже остались вдвоём, так как Дональд отправился в сборочный цех, или как это там называется, чтобы его прикрутили к новому телу.
— Я тоже. Особенно после его предательства. — Согласился с ним я. — Но у него есть серьёзная мотивация и в конце концов он же был президентом США, да не абы каким. Дядюшка Эйб провёл нас через гражданскую войну и отменил рабство.
— Бессмертный? — зло усмехнулся Сесил, поднимая уже третью по счёту чашку кофе. — Ха, да никакой он не Линкольн.
— В смысле? — не понял я.
— Думаю, тебе будет полезно знать, раз уж ты ввязался во всё это дерьмо. — Начал рассказывать старик, откинувшись в кресле. — Авраам Линкольн действительно был великим человек, опередившим своё время, но, как ты несомненно знаешь, не все были в восторге от его либеральных идей. Такое случалось неоднократно в нашей истории — Генри Уоллес, Кеннеди, Линкольн — все они были людьми слишком прогрессивных взглядов для своего времени, и некоторые влиятельные силы не желали видеть людей с такими взглядами на президентском посту. После нескольких неудачных попыток устранения им всё-таки удалось это сделать. Смерть Авраама могла перечеркнуть все его достижения, разрушить всё, чего ему удалось достичь. Тогда-то на сцену и выходит наш общий знакомый. Бессмертный и правда был невероятно похож на Линкольна внешне, возможно, Авраам был одним из его потомков, кто знает. После смерти Линкольна его ближайшее окружение, устроило подмену. Конечно, Бессмертному ни за что не хватило бы ума самостоятельно продолжать начинания Линкольна — он всегда был обычным быком, мускулами, не мозгами — но зато у него было множество советников, тех, кто и придумал всю эту схему.
— М-да, об этом не пишут в учебниках по истории… — только и оставалось сказать мне. — Но зато теперь всё встаёт на свои места: этот парень всегда казался мне слишком тупым, чтобы претендовать на роль такого великого человека, к тому же, он так быстро предал Землю.
— Он всегда думал не той головкой, — снова фыркнул Сесил. — Помнишь, что случилось с Мэри Линкольн, женой Авраама?
— Она свихнулась, насколько я знаю.
— Бедняжка, конечно же, распознала подмену, и всё бы ничего, Мэри была умной женщиной и разделяла идеи мужа, она готова была принять участие в этом спектакле, но этот урод полез к ней… исполнять супружеский долг. После того случая, друзьям Авраама пришлось спрятать её во Франции.
— Ну вот, теперь мне хочется вернутся назад и всё-таки прикончить этого ублюдка.
— Второе убийство императора менее, чем за два года, — усмехнулся Сесил, — вряд ли это положительно скажется на твоём рейтинге одобрения.
— Бессмертный не император, всего лишь врио… — но убивать его за старые грехи всё же и правда не стоит. — Что насчёт отца, он не сделал ничего… странного, пока меня не было?
Пусть тут и прошёл всего один день, но всё же, Нолан уже был на взводе, когда меня похитили.
— У нас с ним был тяжёлый разговор. И ему совсем не понравилось, что я узнал о твоих силах раньше него, но твоё похищение… сменило его приоритеты, он хотел отправиться за тобой и до сих пор ждёт, что мы дадим ему такую возможность.
Вот как… что ж, приятно знать, что он действительно переживает за сына.
— А потом ему пришлось объяснять Дебре то, чего он сам не понимает. Боюсь представить, как зла она будет на меня, — он посмотрел мне в глаза и добавил: — я сожалею, что мне пришлось раскрыть ей эту информацию.
Использовал маму, чтобы отвлечь отца.
— Нет, не сожалеешь, — отрезал я.
— Ситуация безвыходная, Марк. Защитники измотаны и не в полном составе, тебя нет. Если бы он начал действовать, до того, как ты вернулся, у нас практически нечего было бы ему противопоставить. Тебе ли не знать, как один вилтрумит может захватить власть над всей планетой. И я понимаю, что последнее, чего ты сейчас хотел бы — это сражаться со своим отцом, но… ты думаешь, ты сможешь его остановить?
— Если придётся, — я непроизвольно сжал рукоять своего нового оружия, спрятанного под плащом.
Об этом оружии не знали ни Сесил, ни Дональд. Только горстка флаксанских учёных, но и они не догадываются зачем оно мне понадобилось.
— Но я всё же попытаюсь его отговорить.
— Тогда сейчас самое время, — он опять что-то покрутил на своих часах. — Репортажи о вашем возвращении, как раз начали показывать по TV. Тебя подбросить?
— Нет уж, хватит с меня порталов, да и не далеко тут совсем.
— Я слежу за ситуацией. Защитники ещё не восстановились, но я буду держать их наготове, — напутствовал меня напоследок Стэдман. — И всё остальное тоже.
***
От скрытого под Вашингтоном штаба Агенства, до моего дома было всего пара минут неспешного лёта, я даже не успел собраться с мыслями, как оказался на знакомой улице.
В окне гостиной горел свет и сквозь закрытые шторы виднелись фигуры Деби и Нолана. В груди что-то ёкнуло, но это был не страх, просто… я не видел родителей целый год и… я не знаю.
Эх, увидели бы меня сейчас мои подданые, как Разрушитель, робеет перед дверью в отчий дом.
Мама как раз смотрела репортаж с Таймс-Сквер, а Нолан уже облачился в свой костюм, чтобы отправиться туда лично.
— Дом, милый дом, — прошептал я себе под нос, открывая двери.
Но меня услышали.
— Марк!
— Сынок!
В унисон воскликнули родители, а Дебби бросилась ко мне, чтобы заключить в объятья. Ух, она всегда была очень эмоциональной, хотя замужество за супергероем и научило её спокойнее относиться к подобным ситуациям.
Отец обниматься не полез, но облегчение на его суровом лице было неподдельным.
— Ну всё, всё, — чувствуя, что мама готова расплакаться, я попытался её успокоить немного. — Всё уже позади, видишь, я в порядке?
Боже, меня ведь не было всего день, а она так расчувствовалась. Отец вон постоянно в куда-то пропадает… а ну да, я-то в её глазах был обычным мальчишкой, без сил.
— Вижу… я… — мама чуть отстранилась, чтобы оглядеть меня с ног до головы придирчивым взглядом. — Боже, Марк, что на тебе надето?!
— Ох, это… ну типа церемониальная мантия императора. — На самом деле одна из самых скромных. На тех, что носили в подобных случаях, мои предшественники было нашито столько меха, что в них я был бы похож не на жестокого Разрушителя или Спасителя — это с какой стороны смотреть — а на огромного злобного бурундука.